Любовь и ненависть в Ровердорме

Возле его тела Тайлор ощутил знакомые вибрации.

Тонкие и едва различимые, но он все же уловил особый привкус Тьмы – приторный, но при этом отдающий разложением, – именно к ней и ее деяниям в Элайре относили прорывавшихся из разломов монстров.

К тому же в этом случае присутствовала еще и свидетельница. За пьяницей в местный кабак явилась его семнадцатилетняя дочь. Она-то и вела через лес лошадь, на которой восседал гуляка.

Правда, стоило появиться монстру, как девушка благополучно упала в обморок, поэтому описать нападавшего не смогла.

По ее словам, это был волк – примерно такого размера показался ей монстр, но затем девушка заявила, что видела огромного медведя, после чего снова поменяла показания на волка.

Но то, что сотворило подобное с тем мужчиной и его конем, не было ни медведем, ни волком, Тайлор прекрасно это понимал."

"– Судя по всему, местный Разлом дал трещину, – повернув голову, заявил он застывшему рядом с ним со скорбным видом Спиннеру, – поэтому потусторонние твари будут нападать снова и снова.

Спиннер повернул голову в сторону гор, затем нервным жестом пригладил усы.

– Я слышал, что Разлом проходит по землям чикотто, – произнес он. – Ну раз так, то это уже не наша проблема, а исконного народа. Они такого не допустят!

– Но это же они допустили, – Тайлор кивнул на труп.

В ответ Спиннер заюлил. Сказал, что тут, скорее всего, неправильная формулировка, и чикотто вовсе не «допустили», а «пропустили». Ночью была страшная гроза, так что немудрено – темно же, хоть глаз выколи! И такой ветер с дождищем!..

Поэтому не стоит поднимать панику раньше времени – именно так он и заявит мэру.

Но мысль свою начальник жандармерии так и не завершил, потому что по его душу прискакал взмыленный жандарм на такой же взмыленной лошади.

Спиннер, выслушав донесение, заявил Тайлору, что у него срочный вызов и он вынужден их покинуть. В «Поющей Иве» произошел пренеприятнейший инцидент с кражей драгоценностей у графини Астон, поэтому ему нужно ехать.