Пленница мужского клуба

Когда часы на стене показывали ровно шесть, старый боксер встал и подошел к полуживой Ангелине, которая уже не могла кричать, а тихо бормотала что-то с закрытыми глазами.

– Разрешите, коллега, как более старшему и более опытному товарищу, дополнить ваши игры некоторыми рекомендациями. Я сам не забавляюсь этими игрушками, у меня с моими куклами, совершенно другие игры, но в вашем случае, я могу вам помочь привнести кое-какие улучшения, которые вас, непременно, порадуют, – старик подошел к занавеске и отодвинул ее.

– Что это? – удивленно спросил Вячеслав, предвкушая что-то необычное и коря себя за то, что так мало исследовал красную комнату, которая таит в себе гораздо больше интересного, чем он мог себе представить.

– Тут разные смеси, смазки, составы, ну, потом почитайте на досуге что и для каких целей предназначается, гарантирую вам массу интересных ощущений вместе с этими препаратами.

– Вот, возьмите это, – старик вручил Вячеславу пульверизатор, – попробуйте побрызгать на те места, где лопнула кожа, увидите, какой будет результат.

Вячеслав протянул руку, растеряно глядя на исполосованное и окровавленное за час тело своей игрушки.

– Не знаю, уместно ли это, я обычно этим не пользуюсь, – мужчина стал ощупывать подвешенную ногу Ангелины, выбирая самые поврежденные участки кожи, – хотя… почему бы и нет…– он сделал несколько пшиков вдоль вытянутой ноги.

– Нет, нет, не надо, прошу вас! Не надо!!! – снова ожила Ангелина и заорала как ненормальная, выпучив глаза, – больно, очень больно, не надо!

Несчастная ощутила, словно к ее коже поднесли пылающий огонь и равномерно прожигали ее до кости. Боль очень долго не проходила и заставляла девушку еще долго вопить на всю комнату.

Вячеслав застыл в одной позе, смотря на неё горящими глазами и снова наслаждаясь криками своей жертвы.

– Ну вот, видите, я же говорил, – сухо добавил старый боксер, – а там в арсенале чего только нет, и все входит в стоимость аренды красной комнаты.

Вячеслав как заворожённый смотрел то на старика, то на Ангелину. Девушка смотрела на него с такой мольбой, что он, в нерешительности, застыл на месте.