Пленница Лютого

Бьет ударами там и тут, прожигает меня насквозь. До кости, до основания.

Дыхание мужчины ласкает кожу, вызывает трепет. Протесты сгорают где-то в горле, вспыхивают короткой вспышкой, от которой я начинаю дрожать. Лютый запускает ладонь в мои волосы, едва тянет. Сильнее запрокидываю голову, подставляюсь.

В ловушке, загнанная сталкером. Он держит меня, не позволяет выбраться. Целует, не давая вдохнуть кислорода. Его язык скользит по губам, проникает дальше.

Распаляет всё сильнее, до головокружения и покалываний в кончиках пальцах.

Лютый сдвигает меня к краю стола, на секунду касаясь оголенно бедра. Подается вперед, вжимается в меня пахом. Дает прочувствовать, что в его брюках становится твердо.

Это всё болезнь, разрушающая сознание. Наваждение, а мне очень нужно найти лекарство. Чтобы не чувствовать возбуждения рядом с этим мужчиной, не дрожать от его хватки. Не реагировать, не отвечать взаимностью…

Это всё неправильно.

Наваждение.

Выплеск эндорфинов, возбуждение кипит в крови, ошпаривает. Я ничего не могу, только голову запрокидываю, когда губы сталкера спускаются на мою шею. Сильно втягивают кожу, до жжения. Перед глазами летают мушки, кислород давит изнутри."

"Шиплю, когда прикосновения становятся слишком сильными, оущутимыми. По всей шее – его метки.

И Лютый это исправляет.

– Не пытайся меня оттолкнуть, - понижает голос, давит крупной ладонью на мой затылок. Бьюсь о его лоб своим, вскрикиваю от резкой боли. – Не рыпайся, златовласка. Чем меньше сопротивляешься, тем меньше боли. Ты ведь знаешь правила.

Усмехается, пока я вслушиваюсь в каждый звук. Без зрения страшно, волнительно. Чувствую себя беспомощной, только прикусываю губу мужчины, когда тот целует меня.

– Лютый! – вскрикиваю, когда его ладонь ползет по бедру, касается ткани белья.

– Надо, моя девочка. Ты не должна забывать, кому принадлежишь.

– Я помню. Я…

Всхлипываю, стараюсь справиться с волной эмоций. Сейчас согласна на всё, лишь бы он прекратил. Окунать меня в этот котел с кипятком. Разъедать кожу и чувства.

Слишком резко. Выдернули, вернули обратно Лютому. А его пальцы нагло поглаживают моё лоно сквозь трусики. Изучает, как хозяин. Ничего ли не поменялось.