Пиранья. Первый бросок

Поехали?

Он заранее представил себе всякие гнусности – вроде вонючего, кишащего червяками дерьма, которое он ест горстями, пихает в глотку, представил омерзительный вкус и запах…

А потому рвотный спазм, вдруг сотрясший его тело, выглядел, пожалуй что, вполне натуральным. Мазур согнулся пополам, перхая, густо сплевывая на пол кислую слюну, его прямо-таки выворачивало.

Загрохотал опрокинутый стул: кто-то из похитителей кинулся к нему, встревоженно распорядившись насчет воды и нашатыря. Застучали подошвы – кто-то выбежал.

Под нос ему сунули остро пахнущую ватку. Он с закрытыми глазами лег, шумно вздыхая. Янкесы терпеливо ждали, когда ему немного полегчает.

– Что с вами? – с неподдельным беспокойством спросил Джерри.

Шумно выдохнув, не вставая, Мазур сердито отозвался:

– Что-что… Наизнанку выворачивает. Определенно от вашей химии, вы эту гадость хоть на мышах испытывали сначала?

– Не беспокойтесь, – масляным голосом заверил Тэйт.

– А у меня кишки узлом завязались! – сварливо рявкнул Мазур.

– Индивидуальная реакция организма… Это пройдет. Итак, Сирил? Если вы просто тянете время, не стоит…

– Да какое там! – огрызнулся Мазур. – И в самом деле выворачивает!

– Все зависит только от вас. Будете вести себя правильно – не будет нужды прибегать к химии.

– Я согласен! – рявкнул Мазур.

– По-моему, вы и не ждете от меня столь нежного проявления чувств, – хмыкнул Тэйт. – Поверьте, я рад за вас, Сирил…

Мазур подошел к нему под цепким взглядом Чака, наклонился, положил руку на плечо и задушевно сказал:"

"– Вы себе вот что зарубите на носу, старина… Черта с два я брякну хоть словечко перед вашими телекамерами, пока передо мной не положат американского паспорта и приличной суммы… я и в самом деле не настолько глуп, чтобы с маху оценивать себя в миллион, но определенную сумму потребую вперед.

– Да с чего вы взяли?

– Ладно, ладно, – сказал Мазур, ухмыляясь. – Вы главное запомните – никаких телекамер, пока вот в этом кармане не будет паспорта, а в этом – чека. Насчет суммы после поторгуемся.