Первый парень на «горшке»

– Прости, – почесал я бровь, когда мама вновь отпустила мою шею и отошла на шаг.

– Что-то ты сегодня какой-то странный. Какой-то не такой, – сощурила она глаза и посмотрела на меня с большим подозрением.

– Какой?

– Ну, интеллигентный, тихий. Первый раз тебя таким вижу. Что-то случилось?

– Ничего, – дернул плечами. – У тебя там в кухне ничего не сгорит?

– Точно! – округлились мамины глаза. – Мясо! – завопила она и убежала в кухню.

Опустил взгляд и заметил подозрительно затихшую сестру, которая, сидя на полу, зажала между коленями банку с каким-то вареньем и пыталась ее открыть.

– Кеша, помочь? – присел на корточки рядом с ней.

Ее настоящее имя – Кристина. Но когда ей было года четыре, а буква «р» не поддавалась произношению, она решила, что теперь её имя – Кеша. Видимо, потому что в этом имени было мало букв и все они ею отлично выговаривались.

С тех пор только для домашних моя сестренка иногда бывает Кешей.

– Себе помоги, Рамочкин, – огрызнулась мелочь. – А своё варенье я сама съем.

Рамочкин – так называла меня мама, когда я утром плохо просыпался в школу.

– Так давай я тебе его хотя бы открою, – усмехнулся я весело, глядя на мелкую жадюгу с банкой.

– А! Тогда помоги! – оживилась сестренка и всучила мне варенье. Встала с пола, но на месте устоять на могла, пока я пыжился с крышкой. – Только не ешь. Я первая хочу попробовать. Это малиновое?

– Не знаю, – банка не открывалась. – Но, похоже на него.

– Ага, идём.

В кухне мама уже накрывала на стол:

– Голодный?

– Не особо.

– А что у тебя в пакете?

– Это гостинцы. От Николаевича."

"– От какого Николаевича? – мамина рука застыла в пакете. Непонимающий взгляд остановился на моем лице.

– От папиного друга. Студенческого, – взял в руки полотенце, накрыл им крышку банки и, приложив усилия, открыл банку на радость мелкой, которая уже стояла рядом и ждала варенье с большой ложкой в руке.

– Колька?! – похоже, мамина челюсть только что упала на пол. – Серьёзно?! Колька и Настя? Я сто лет не виделась с ними? Как они? У них дочка на пару лет тебя помладше. Правда, ты видел её, когда тебе года два-три было, а ей только неделя отроду. Она на тебя тогда срыгнула, кстати. Проснулась, посмотрела так сурово и срыгнула, когда ты умилился и попытался её в щечку поцеловать, – расхохоталась мама.