Первое, что я вижу

Провалявшись в ванне до тех пор, пока вода не начала остывать, мы вылезли, и Кеннеди вытер нас обоих полотенцем.

— Ты, должно быть, проголодалась? Хочешь сходить куда-нибудь или заказать в номер?

Не готовая встретиться с внешним миром я хотела остаться в нашем уютном коконе, поэтому произнесла:

— Давай закажем в номер.

Когда Кеннеди вышел в гостиную, до меня донеслись отголоски его разговора по телефону. Я огляделась вокруг в поисках удобной одежды, исключив свой рабочий наряд, валяющийся кучкой у кровати. В итоге я остановилась на рубашке Кеннеди, достающей мне практически до колен, и направилась в гостиную.

— Если бы ты одевалась так на работу, номер в этом отеле пришлось бы бронировать за год вперед.

Рассмеявшись, я подошла к нему. Без моих обычных четырехдюймовых шпилек Кеннеди казался практически на фут выше меня. Я уже потянулась, чтобы обнять его, как вдруг раздался звонок его телефона.

"— Извини, но я должен ответить. Я сегодня неожиданно исчез, и люди могут интересоваться, где я. Мой финансовый директор вышлет поисковую группу, если не дозвонится до меня в ближайшие пару часов.

— Дженнер, — ответил он на звонок. — Нет, прошу прощения, мне стоило позвонить раньше, но сегодня вечером не получится.

Даже учитывая, что телефон Кеннеди был прижат к его уху, на другом конце линии я услышала женский голос. Но мужчина не предпринял ни единой попытки скрыть свой частный разговор.

— Как я уже сказал, мне жаль, что я не позвонил раньше, но у меня возникло одно срочное дело. Сейчас мне неудобно это обсуждать, и, да, я не освобожусь раньше пятницы.

Голос на другом конце линии стал громче. Кеннеди дернулся, но его рука на моей талии напряглась, когда я постаралась отстраниться, пытаясь дать ему больше пространства.

— Я кладу трубку, мне некогда, но я обязательно свяжусь с Микайлой.

Я одарила его небольшой улыбкой и кивнула. Беспокойство постепенно начало исчезать с его лица. Обхватив мое лицо ладонями, Кеннеди мягко чмокнул кончик моего носа.

После того как мы поели, он зажег камин, и мы обосновались на диване. Моё тело гудело от усталости.