Перри Мейсон: Дело об одноглазой свидетельнице. Дело о сбежавшем трупе

— Может быть и так, — сказал Дрейк. — Но если она играет, то актриса она прекрасная. Слезы были настоящие. Она хочет, чтобы ты позвонил ей сразу же после разговора со мной. Она оставила номер. Тебе его продиктовать?

— Пошла она к черту, — сказал Мейсон. — Стоит мне позвонить ей отсюда по междугородному — и не пройдет и пяти минут, как она сообщит полиции, что я во Фресно, и все полицейские в этом округе сядут мне на хвост.

— Я так и думал. Что ты теперь собираешься делать?

— Отправлюсь в мотель «Уэлчберг», сниму домик и постараюсь вытянуть хоть что-то из миссис Уэлчберг.

— Собираешься регистрироваться под вымышленной фамилией?

— Нет, — ответил Мейсон. — Это будет означать попытку скрыться от правоохранительных органов. Я собираюсь зарегистрироваться под собственной фамилией. Вероятно, у меня будет минут двадцать или даже полчаса до того, как меня найдет полиция. Как давно была вырыта могила, Пол?

— Три дня назад как минимум. Мальчишки играли в ней три дня до смерти Дейвенпорта.

— Скверно, — высказал свое мнение Мейсон.

— Он это уже сделал в интервью СМИ. Назвал одним из самых подлых, хладнокровных преднамеренных убийств, с которыми только имел дело.

— Ну что ж, — вздохнул Мейсон. — Скоро увидимся.

Мейсон оставался в телефонной будке до тех пор, пока не убедился, что за ним не наблюдают, потом выскользнул из нее, поймал такси и отправился в мотель «Уэлчберг».

Полной женщине, сидевшей за стойкой администратора, было за пятьдесят.

— Добрый день, — поздоровался Мейсон. — Я без багажа. Не ожидал, что придется задержаться. У меня с собой только деньги."

"— Больше вам ничего и не потребуется — это все, что мы хотим от вас, — заверила его миссис Уэлчберг. — Сейчас свободны два домика. За пять долларов можете выбрать любой из них.

Мейсон вручил ей пять долларов и свою визитку.

— Я адвокат, — объяснил он.

— Вот как?

— Меня интересует Фрэнк Л. Стэнтон. Он останавливался у вас два дня назад.

— О да. Но вы уже второй человек, который про него спрашивает.

Мейсон дружелюбно улыбнулся и пояснил:

— Мистер Стэнтон представляет интерес не только для меня.

— В чем дело? Что он натворил? Он…

— Насколько мне известно, ничего не натворил, — перебил Мейсон. — Я должен вручить ему документы.