Перри Мейсон: Дело об одноглазой свидетельнице. Дело о сбежавшем трупе

Но уж если начался запой, ему не остановиться, пока весь не пропитается алкоголем.

— Так, у меня есть предложение, — сказал Мейсон. — Вон там впереди имеются свободные места. Мы с мисс Стрит туда пересядем. Когда приземлимся в Лос-Анджелесе, я хочу, чтобы вы с миссис Дейвенпорт вышли первыми. Сразу же берите такси и поезжайте домой.

— А почему бы нам не поехать на автобусе? Есть же автобус от аэропорта до города. А уже там можно взять такси.

Мейсон покачал головой.

— Я не хочу, чтобы вы ехали на автобусе и даже по его маршруту.

— Почему?

— Потому что хочу проверить, не следят ли за вами, — пояснил Мейсон.

— С какой стати кому-то за нами следить?

— Потому что за вами могли следовать, когда вы летели в Сан-Франциско. Да и в конторе шерифа во Фресно могли решить, что за вами нужно приглядывать.

— С чего вдруг? Какое им вообще дело до нас? Это абсурд! В конце концов, они же должны понимать, что Мирна не виновата в том, что Эд Дейвенпорт ушел в загул, а какая-то баба ему что-то подсыпала или подлила в стакан.

— На это дело можно смотреть с разных точек зрения, — пояснил Мейсон. — Судя по тому, что вы мне рассказали, здоровье Дейвенпорта сильно подорвано. Из утверждений доктора Ренолта следует, что Дейвенпорт находился в шоковом состоянии, причем настолько плохом, что врач посчитал его мертвым. Теперь давайте предположим, что Эд Дейвенпорт на самом деле уехал в пижаме, украв чью-то машину.

— Но я все равно не понимаю, как кто-то может посчитать нас виновными в том, что он вылез из окна. Это вина врача. Эд находился без сознания. Я не знаю, что там было — обморок или что-то еще, или он просто рухнул от усталости, а этот дурак врач вколол ему адреналин или другой стимулятор прямо в сердце.

Мейсон кивнул в задумчивости.

— Конечно, мы все оказались в неприятном положении, — продолжала Сара Энсел. — Вы находились в Парадайсе в полной уверенности, что Эд мертв.