Парижский вариант

а может, эти гнусные террористы готовятся его убить прямо сейчас, пока мы болтаем! Мы должны его найти!

Лекарства вымывались из крови, и реальность расплывалась перед глазами Мартина Зеллербаха — супермена, вооруженного компьютером и собственным гением.

— Успокойся, мальчик мой. Знаешь, у тебя есть привычка к нелогичным выводам.

Марти вытянулся во весь свой невеликий рост — как раз хватило, чтобы пробуравить возмущенным взором грудину Питера.

— Моя вселенная, — объявил он весьма сдержанно, — не просто логична, она находится за пределами твоего скудного разумения, о невежественный бритт!

— Вполне вероятно, — сухо отозвался Питер.

 — Но мы-то сейчас действуем в моем мире, не забывай. Предположим, что Джон жив. Судя по тому, что видела Рэнди, он в плену. В лучшем случае — скрывается, раненый, от преследователей. Вопрос: где он в таком случае находится и как с ним связаться? Наши системы электронной связи рухнули, когда отключились спутники, и годятся теперь разве что как рации ближней связи.

Марти открыл было рот, чтобы ляпнуть нечто резкое, потом сморщился в беспомощном отчаянии, пытаясь заставить заторможенный лекарствами мозг действовать с нужной скоростью.

— Если Джон сумел бежать, — рассуждала вслух Рэнди, — особенно если Шамборы с ним — «Щит полумесяца» ринется по их следу. Мавритания своего не упустит. Вероятно, он бы бросил в погоню этого головореза, Абу Ауду. А тот, насколько я поняла, свое дело знает. Так что, если Джон и остальные пока живы, они, вероятно, еще в Алжире.

— А если он бежать не сумел, — продолжил Питер, — если никто не сумел — а судя по тому, что случилось сейчас с американскими спутниками, доктор Шамбор до сих пор находится в руках террористов, — то Джон в плену.

А мы понятия не имеем где.

* * *Вашингтон, округ Колумбия

Еще более обычного озабоченный Фред Клейн нетерпеливо ерзал по грубой деревянной скамье, которую президент перевез из своего кабинета на ранчо в Таосе[18] сюда, в кабинет на втором, жилом этаже Белого дома. Взгляд его слепо блуждал по книжным полкам, пока глава «Прикрытия-1» обдумывал, что сейчас скажет президенту.

Ужасно хотелось закурить, но мундштук трубки все еще торчал из кармана мешковатого шерстяного пиджака. Клейн положил ногу на ногу, раздраженно покачивая носком, точно маятник метронома.

Вошедшему Кастилье сразу бросилось в глаза, что глава «Прикрытия-1» чем-то расстроен.

— Сочувствую твоей потере, Фред. Я знаю, как ты ценил доктора Смита...

— Ваши соболезнования слегка преждевременны, сэр.