Палач мафии

А он в гостинице на вокзале остановился. Ну, мы с ним в чайной по пирожку взяли и к нему в номер.

– Он тебя пирожком своим кормил, да? – хохотнул Голыш.

– Ну, было дело, – ничуть не смутилась Анька. – Как без этого?

– И сколько ты с него сняла? – спросил Гвоздь.

– С кого?

– С клиента, с кого ж еще!.. Ты это, зенками своими не хлопай! Как будто я не знаю твою блядскую натуру… Сколько бабок сняла за сеанс?

– Да какие там бабки! – тяжко вздохнула Анька. – Каких-то пять долларов вшивых… За них и поплатилась. Какая-то сука Бантику настучала.

– А они не поверили, да?

– Сам же видишь, – показала на фингал Анька.

– От меня чего хочешь? – спросил Гвоздь.

– Как чего? Ты бы с этими козлами поговорил.

– А с какого это бодуна я за тебя подписываться буду?

– Как это с какого бодуна? – еще больше удивилась Анька. – А кто в прошлом году меня в банду к себе принимал?

– Так это ж чисто понты!

– Да?! Понты?! А то, что вы весь год шпилили меня на халяву, это тоже понты?

– А от тебя что, убыло? – грубо спросил Ломовик.

– А я и радуюсь. Потому к вам и пришла… Так я что, зря пришла?

– Да нет, не зря, – решил Гвоздь. – Значит, проблемы со Страшилой у тебя…

– Нет, не со Страшилой, – поправила его Анька. – Только с Бантиком и Макашом.

– А какая хрена разница? Все равно Страшилу гасить будем… Слышишь, я на Страшилу из-за тебя наезжать буду.

– Да не надо на Страшилу! Он-то здесь ни при чем!

– При чем! Мы с вокзала снимать должны, а не Страшила. Так что за тебя, базара нет, спросим. Но ты же знаешь, даром ничего не делается.

– Да знаю, – привычно согласилась Анька. – Прямо счас?

Она уже готова была снять с себя платье и заголить зад. И ей по барабану, что трахать ее будут на глазах у всех. Она к этому делу привычная. С пятнадцати лет по мужикам шляется.

"– Еще успеешь, – покачал головой Гвоздь. – Ты мне лучше скажи, сколько вокзальные телки с клиента берут?

– Говорю же, пять долларов. А тут еще какие-то соски появились. До одного бакса цену сбивают. Рядом с кафе сортир мужской. Так они там прямо и отсасывают.

– Дешевки! – поморщился Гвоздь. – Теперь они будут в другом месте за копейки отсасывать. А я свою таксу поставлю. Десять баксов за сеанс.