Отстрел невест

– Дети! Держите меня хором, у меня подгибаются колени и резь в глазах… Шо я слышу? Вам нужен раввин?! Хвала Моисею и всем пророкам, наш добрый дядя участковый решил сделать себе обрезание! Готовьте Тору, ножи и горячую воду, такие праздники приходят в наш дом не чаще Всемирного потопа.

Я плюнул, отпихнул его дурацкую жердь в сторону и решительно направился к дверям.

– Чего ж мы молчим, православные? – глухо спросили из толпы.

– Нельзя, евреи – богоизбранный народ! – значимо ответил, похоже, всё тот же деловитый дедок.

– И за милицию родную не заступимся?!

– За неё, Царствие Небесное… – ещё раз выдал дед. Народ посовещался и решил по такому делу не искушать судьбу.

Шмулинсон, отбросив дрын, забежал вперёд, заискивающе распахивая передо мной дверь:

– Но ви ему скажите, шо я дрался, как лев! Шо ви прорвались с боем, а меня навеки растерзал ваш Митенька (дай бог ему всего, чего успеет). Ви меня понимаете? Как лев в бою, и с меня рыба-фиш в субботу!

Я одарил его долгим взглядом, молча шагнув внутрь.

– Здравствуйте, граждане. Приношу свои извинения за вторжение, но мне срочно надо переговорить с вашим харьковским гостем.

Все трое молча повернулись в сторону маленькой комнатки слева, занавешивающая вход ткань словно колыхнулась.

– Выходите, ваше величество! – крикнул я. – Всё под контролем, дело почти раскрыто, но нам нужна ваша помощь.

– А… без меня никак? – глухо раздалось в ответ.

– В принципе справимся и своими силами, но под вашим чутким руководством операция по задержанию опасного преступника всегда обречена на успех!

Видимо, это его и добило – государь крайне падок на прямолинейную лесть.

– Корону хоть с собой захватили?

– А как же! – Государь сбегал обратно и вернулся, заботливо обтирая головной убор рукавом.

– Давайте возвращаться, – тихо попросил я.