Отражение

Глупая девчонка не только знает, но ей хватает дурости жалеть меня. Я ей покажу, кому она собралась посочувствовать. А отец хорош! Еще бы с вахтершей поделился.

К обеду я остыл, дав Миле жару. Ух, и побегала она меня. У нее даже слезы в глазах засверкали, когда я очередной раз спустил на нее всех собак. А потом она выдала, что звонила Энжи. Хочет поговорить. Да, я догадываюсь, о чем. Не могу представить, как буду смотреть на нее, в эти серебристые глаза, в которых умерла любовь. Я сразу пойму. Одного взгляд хватит.

Не хочу. Пусть считает меня трусом, хуже уже некуда. И я сказал Миле, то, что сказал. Энжи разозлится, я уверен. Но злость облегчает боль. Уж мне ли не знать. Моя ярость направлена на одного человека – меня самого. И чтобы окончательно не свихнуться я должен сосредоточиться на работе. Я ничего не чувствую, так считает Эймс. Мои страдания я сочиняю сам, потому что хочу страдать. И не верю я ему, потому что не хочу верить. Интересное умозаключение. Я – чудовище, которое хочет плакать, но не умеет.

Если бы я мог знать, что я такое…. Возможно, смог бы обуздать, решить головоломку. Сложные задачи для меня, как семечки, с детства, а вот эта, длинною в жизнь, не по зубам. Нет, даже не задача – битва. Сражение на смерть, с тем другим, по ту сторону зеркала. Незнакомец, который хочет моей смерти. Когда-то я смотрел на отражение и видел глаза Эмили, теперь я больше не вижу ее. Все оставили меня. Я должен справиться сам. Смириться с тем, что остался один. Снова."

"Сжав в кулак шариковую ручку, я вдруг поймал себя на том, что улыбаюсь.

Или это оскал безумца?

На самом деле я редко позволяют себе подобную вольность – размышлять, анализировать, жалеть себя. Слишком долго отсутствовал, слишком много пропустил. Работа – мое спасение. Такая, как у меня – особенно. Плевать, что подчиненные плачут и грозятся уволиться. Я слишком много даю взамен их моральной опустошенности. Труд примиряет, вдохновляет и помогает забыться. Ненадолго….

Я выставил на продажу дом. Не нашел в себе сил вернуться к пустым полкам.

Отец сказал, что Анжелика ушла сразу, и не возвращалась. Ей тоже страшно. Я купил квартиру чуть выше по улице. Недорогую, две комнаты, студия и огромный балкон. Люблю свежий воздух.

Словно ничего и не было. Белый потолок, бежевые стены и щетка зубная в стаканчике – одна.

Она не найдет меня даже, если захочет. Никому не оставил адрес. Отец тоже не знает, что я больше не живу в брошенном доме. Он выжил нас. Страшный дом, полный призраков.