Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

За каждого обслуженного клиента она, как администратор, имела свой процент.

И Липницкий, если признаваться честно, частенько загонял свои машины для помывки именно в ее смену. А если уж совсем честно, то далеко не всегда они были достаточно грязными…

По крайней мере не настолько, чтобы требовалась срочная и полная мойка всего и сразу. И было у Игорька подозрение, что рано или поздно его подруга обязательно поймает его, так сказать, на месте преступления…. Однако, о последствиях оного парень старался не думать — так было как-то спокойнее.

Пока, во всяком случае.

Кстати, сам же скорый на расплату и безжалостный в гневе администратор нашелся в комнате для персонала. И там, судя по пустующему боксу, залитым пеной автомобилям, сиротливо стоящим без признаков жизни рядом, да работникам, пугливо вжавшихся в диван и стенку, на данный момент вовсю шел рабочий процесс. Он же воспитательный."

"Вдохновенную, хоть и хрипловатую речь Солнцевой, сдобренной отборными выражениями и легкими для жизни и здоровья угрозами, Липницкий прервал в самый неподходящий момент.

Хотя для кого, конечно. Судя по взгляду парней и девушек, одетых в рабочие непромокаемые комбинезоны зеленого цвета, он стал для них избавителем, посланным свыше, который спас их от карающей длани старшей по смене. Пожалуй, если б они знали, что их непосредственная начальница, которую Игорь молча утащил за руку из комнаты работников, сейчас сама получит по шее, они бы стали исполнять злорадные, победные пляски незамедлительно.

И молодой человек их прекрасно понимал — в гневе Солнцева была неуправляема. А вот к своей работе предпочитала относиться ответственно, чего нельзя было сказать о тех людях, что находились под ее постоянным, зорким и неусыпным контролем. Отсюда и вытекало напряжение между ними, а так же периодические скандалы.

Так что когда Анька в очередной раз после рабочей смены буквально приползала в универ, едва переставляя ноги, Игорь не был ничуть не удивлен.

Сие стало почти закономерностью…

Но разнос, который собирался устроить этому рыжему чудищу, как-то выбивался из привычного порядка вещей, что ни говори. Пожалуй, Липницкий не помнил, когда он последний раз был настолько зол на подругу. И, кажется, новое для него состояние заметила и она сама.