Оторва, или Двойные неприятности для рыжей

 — Ну, хватит уже там в клубе своей короткой юбочкой сверкать! Посиди лучше с нами!

— Илья Алексеевич, — укоризненно качнула головой Анька и снова обратилась к усмехающемуся Лександрычу. — Я вам еще нужна?

— Нет, — смиренно махнул рукой сосед этой невыносимой девицы. — Иди.

— Приятного вечера, — доброжелательно кивнул администратор всем и сразу и, развернувшись, спокойно покинула комнату…

Несчастный, нагло проигнорированный своей единственной любовью Харлей приложился к вискарю прямо из горла.

— И это все? — недоуменно спросил Исаев, переводя взгляд от балующегося кофейком Алехина на погрустневшего рокера.

— Так вы не знали? — удивленно обвел их взглядом Михаил, вращая в пальцах зажигалку. — На работе Рыж работает. С персоналом она еще может поязвить, с клиентами — никогда.

— Который уже падает от усталости, — хмыкнул Верещагин. — Шеф, ей завтра с утра на сутки к Аристарховичу. Если ее сейчас не отправить спать, она где-нибудь брякнется под утро.

— За ноги, на плечо и..! — внес альтернативное предложение Харлей, обозначив невысказанные слова красноречивым жестом.

Миша только головой покачал:

— Ага. И выплачивать неустойку. Сам договор подписывал, теперь не ной!

— Какой договор? — заинтересовался Полонский, обдумывающий варианты, что можно сделать с неугомонной Анькой, решивший довести себя до обморока на фоне переутомления.

— А заюшка у меня умненькая, — с гордостью протянул рокер, откидываясь а спинку дивана и закладывая лапищи за голову. — Знает же, что я не отстану! Ну и прописала в договоре найма пункт о запрете служебных отношений и физических контактов определенного значения с кем бы то ни было. Короче, трону я рыжуху раз, получу по тыкве и предупреждение, а она надбавку «за вредность».

— У нее с первого курса по трудовому законодательству «отлично» стоит, — хихикнула Апенка.

— Все логично, — задумчиво отозвался Богдан, раскуривая ароматную сигарету. — Какое уважение ей ждать от подчиненных, если ее директор на коленях будет тискать?

Любитель потискать одного отдельно взятого администратора тоскливо вздохнул и снова приложился к бутылке.