Отец на час. Работает спецназ

- О-о-ох, - выгибаюсь, когда Отец опускается на меня и сразу же таранит нежные, набухшие от возбуждения лепестки.

Ладно….

Обхватив каменные плечи, по-кошачьи царапаю спину. Постанываю.

- Вот так-то, - Влад хрипит на ухо, вколачиваясь что есть силы. - Хорошая моя ромашка. - Отстраняется, приняв упор на руки, и завороженно глазеет на колышущиеся груди.

Я, смущаясь, собираю их по центру, чтобы смотрелись попристойнее, но Владислав Алексеевич расценивает этот жест по-своему.

- Да-а-а… Посжимай их.

- Влад… - пытаюсь возмутиться.

Смеется.

- Стеснительная какая. - Накрыв мои ладони своими ручищами, помогает.

И трахает. Трахает. Трахает.

По-другому просто не скажешь.

Мощно, грубовато, сокрушительно.

Сочетание фрикций на теле и внутри вызывает оглушительный шторм в голове, не менее впечатляющий прилив влаги между ног и бурное извержение оргазмом. Будто пружина, встроенная в тело, разжимается и улетает куда-то в космос.

- Кончаешь тоже как начальница. Вне очереди.

Он заводит мои руки за голову, крепко-накрепко вжимая запястья в матрас.

Чувствую себя распятой и не сразу понимаю, что делает Влад это намеренно: чтобы не закрывала ему вид своими жуткими допотопными комплексами.

- Влад….

Собираю картинку перед глазами, пока горячие бедра пошловато шлепают о мое подрагивающее тело. Чувствую, что мужской оргазм уже близко, и кусаю губы.

- Вот так идеально. - Спецназовец нависает, замирает, шумно дышит. - М-м-м-м… Да…

Придавливает, кончая.

- Ох….

Опять смеется.

- Это… это значит: погуляли в прилеске? - смущенно спрашиваю, ласково поглаживая короткий ежик из жестких волос на затылке.

Влад целует мое плечо, небрежно вытирает пот с лица полой платья и обворожительно подмигивает:

- Это мы с тобой, вообще, так… полянку потоптали.

***

В целом день выдается прекрасным. Не знаю, уж заслуга ли это Влада или того, что я наконец-то позволила себе отпустить контроль.

Моя душа будто легче становится. Невесомее.

Хочется петь, пританцовывать и носить летние платья, поэтому дома меняю свои примятые тяжелым спецназовцем «ромашки» на легкомысленный сарафан с клубничками.

Долго кручусь перед зеркалом.

Выглядит инфантильно, но ведь я дома?...

До вечера успеваю немного поработать в кабинете и приготовить здоровый ужин. Правда, молчаливый и уставший после танцев Леон, едва завидев младших сестер и Влада, решительно отодвигает тарелку и вскакивает со стула.

- Спасибо, мам, - бурчит вполголоса.

Я тут же расстраиваюсь.

Подростковый возраст - такое время.