Отель желаний

‒ Этот факт не спасёт тебя от выполнения заключённых договорённостей.

‒ Я знаю.

‒ В таком случае, может, хотя бы попытаешься найти во мне что-то привлекательное.

‒ Считаю это бессмысленным занятием, ‒ хмыкаю, показывая Лису, насколько он мне безразличен.

‒ Неправильный ответ, Вишенка.

‒ Это ещё почему? ‒ Лифт резко останавливается, ощутимо встряхивая кабину, застыв между вторым и первым этажом. Палец Лиса на кнопке «стоп» заставляет напрячься.

‒ Давай проясним ситуацию, Вишенка. ‒ Обходит меня, обволакивая жаром своего тела и зарывшись носом в мои волосы.

‒ Ты должна мне двадцать миллионов. Если, считать в среднем стоимость одной ночи… по пятьдесят тысяч… делим и получается… ровно четыреста ночей, ‒ шепчет, прикусывая мочку уха. ‒ Больше года, Лана. Сможешь обнимать, целовать, извиваться подо мной от удовольствия, трястись от оргазма и ничего не испытывать? Сможешь? ‒ Большая ладонь ложится мне на живот, притягивая и соединяя наши тела так близко, что даже сквозь ткань я чувствую возбуждение Лиса.

‒ Да, ‒ выдавливаю со стоном, растворяясь от лёгких поцелуев, которые Лис прокладывает дорожкой по изгибам моей шеи.

‒ Забыл уточнить, что ночи будут не подряд. Исключительно, когда я тебя пожелаю. Так что год вполне может растянуться на два, или больше… ‒ Желаю возразить, но Кретов опережает: ‒ Но, если ты проявишь инициативу, пятьдесят могут превратиться в сто тысяч, а количество ночей сократится вдвое. ‒ Слышу, как он улыбается, прикусывая кожу на плече. ‒ Мы поняли друг друга, Вишенка?

‒ Да.

‒ Не слышу!

‒ Да, Елисей Маркович!

‒ Запрещаю тебе так меня называть. Исключительно Лис.

‒ Хорошо. Я не могу дозвониться Мише. Скажите ему, чтобы набрал мой номер.

‒ Давно упрёков в свой адрес не получала?

‒ Он мой брат. Несмотря ни на что, я волнуюсь. ‒ Я всё ещё прижата спиной к Кретову.

‒ Я подумаю.

‒ Подумаете? Это же проще простого: сказать человеку, чтобы он позвонил сестре. Незамысловатая просьба.

‒ Попроси по-хорошему, Вишенка. Ласково. Нежно.

‒ Если позволите мне повернуться…

Сам резко разворачивает и тут же впивается в мои губы, раздвигая их и исследуя влажным языком мой рот.

Присваивает, поглощает, порабощая и делая безвольной куклой в сильных руках. Целоваться Лис умеет ‒ грубо, разнузданно и пошло. Задыхаюсь от его напора, но не желаю отталкивать, наслаждаясь силой и уничтожающей аурой, полностью подчиняющей Кретову. С ужасом осознаю, что тихонько постанываю, вцепившись в полы чёрного пальто и прижимаясь к груди мужчины.