Отель последней надежды

Дэн Уолш решил, что его американский паспорт покажется человеку за стеклом крайне подозрительным и морока с переписыванием данных затянется до вечера, и поэтому просто спросил по-русски, как ему найти Павла Звонарева.

Он надеялся, что у Надежды фамилия мужа, и не ошибся. Он вообще редко ошибался! Прирученные мустанги всегда становятся прирученными до конца. Они готовы верно служить и полностью отречься от себя и даже от своего собственного имени, только чтобы хозяин был ими доволен!

— Звонаре-ев? — протянул человек за стеклом, снял очки и уставился на Уолша.

По бумажке, которую вручил ему прирученный мустанг Надежда, Дэн прочел название.

— «Термина-ал плюю-у-ус»?! — протянул человек и подозрительно осмотрел полковника с головы до ног. — А вы хто будете? Клиент или заказчик?

Уолш не очень понял вопрос, вздохнул и сказал, что клиент.

— А клиенты у нас по средам!

Туповатый Уолш опять не понял и переспросил.

— Говорю, клиенты по средам! А сегодня, надо быть, четверг! Неприемный день, надо быть!

В это время, оттеснив его плечом, к заветному турникету порхнула девушка, от которой сильно пахло духами.

Пропуска куда бы то ни было меняют человеческое сознание, подумал полковник Уолш. Он сам много лет гордился тем, что у него есть пропуск в Белый дом, а у его машины есть пропуск на знаменитую стоянку, не за забором, где парковались репортеры и временные служащие, а именно внутри, на асфальтовом пятачке, где всегда жарило солнце и машины стояли тесно, как сардины в банке!

А когда ему лет пятнадцать назад впервые выписали пропуск в Пентагон, он чуть не плакал от счастья, идиот!

Тут хоть и не Пентагон, но все равно не пускают!

— Я могу позвонить господину Звонареву?

— Позвони-ить?! — еще подозрительнее протянул человек за стеклом.

— Вам Паша нужен? — спросила девушка, которая все мешкала с той стороны укреплений, как бы ожидая лифта. — Я сейчас ему скажу, он к вам спустится! А вы курьер?

Полковник Уолш покорился и признался, что он курьер.

— Если хотите, можете отдать мне бумаги. Вы же бумаги привезли? Из Северного порта, да?

— Нет, — сказал Уолш, которому надоела вся эта канитель. Дело минутное, а занимает так много драгоценного времени.