От подчиненных до подчиняемых (СИ)

Уши мне заткнуть чтоли надо было? Именно! Заткнула бы уши! И никаких проблем бы не огребла!

Я наворачивала круги вокруг бизнес-центра в тщетной попытке успокоиться, утихомирить мысли. Не помогло. Сейчас бы в прорубь нырнуть, чтобы хоть как-то вернуть ощущение реальности. Точно, надо пойти в туалет, умыться ледяной водой, за шиворот себе налить для верности. Ошейник этот давит еще, сводит меня с ума! И работы непочатый край, надо доделывать. Ноги задрожали от волнения, когда я представила, что сейчас пойду в кабинет.

К Максу. К Ярославу. Нет, сначала ледяная вода!

Постоянно оглядываясь как последняя воришка, я прошла к лифту, поднялась на свой этаж. К счастью, никто из коллег, кроме пары сотрудников из соседней команды, мне не повстречался. Я успешно добралась до туалета, быстро спряталась в самом безопасном от мужчин месте. Перевела дух. Успокойся, Алевтина. Дыши и придумывай план. Совершенно точно нельзя себя выдавать, они же съедят с потрохами. Ладно, Ярослав съест. Скажет: “будь со мной или твоей репутации конец”, а я так не хочу.

Что я вообще знаю об обоих мужчинах? Насколько серьезны их намерения? Может, они вообще выбрали меня только как повод друг с другом повоевать? До чего же агрессивно они разговаривали! Готовы были в горло вцепиться. Ярослав и вцепился — тогда, в торговом центре. Они из-за меня подрались? Уф… Не думала, что подобная новость настолько меня взбудоражит.

Я открыла максимально холодную воду, опустила ладони под поток, похлопала себя по щекам, провела мокрыми пальцами по лбу и шее.

Дурацкий ошейник!"

"Стало чуть легче. Я могу просто отстраниться, придумать, будто это все — игра. Если кто-то из них действительно захочет моего внимания, то он его получит. Зачем мне решать за них? Посмотрю на их поступки — они куда показательней слов. Ярослав пока явно проигрывает, только дразнит меня и унижает. Дурак. Кого он там заставил кончить четыре раза за ночь? До ночи еще дойти надо! Я — крепкий орешек.

Мои бесконечные размышления прервали.

Дверь в общую часть туалета открылась. В комнату вошла… Марго.

— Вот я тебя и догнала, Лёва, — с недоброй улыбкой произнесла женщина. В кожанке с меховыми вставками, юбкой-карандаше, в высоких сапогах на шпильке, с прической чуть ли не от парикмахера и безупречно накрашенным лицом она, как всегда, вызывала у меня жгучее чувство собственного несовершенства.

— Добрый день, Марго, — нехотя поздоровалась я. Только ее мне не хватало.