От Лукова с любовью

Иван фыркнул.

– Я знаю. Сколько раз я уже встречался с ее мужем? Я только сказал, что она привлекательная, а не то, что я хочу пригласить ее на свидание или что-то в этом роде.

– Прекрасно, она также слишком хороша для тебя, – бросила я в ответ, все еще пристально глядя на него.

В ответ я услышала:

– Ха!

– Слишком хороша, – медленно проговорила я, не позволяя себе заводиться от его смеха."

"– Знаешь, на свете есть немало тех, для кого я тоже слишком хорош, – сказал он, как будто… хвастаясь.

Я закатила глаза и устроилась поглубже в кресле, скрестив руки на груди.

– Возможно. Но ты, вероятно, не слишком хорош для моей сестры, самовлюбленный осел. Поэтому укроти слегка свое эго.

– Если бы твоя сестра интересовала меня в этом смысле – а это не так, я только сказал, что она привлекательная, но в мире полно привлекательных девушек…

– Моя сестра – самая красивая. Обе мои сестры – самые красивые. Не сравнивай их со всеми остальными женщинами в мире.

Иван тихо засмеялся:

– Ладно. Господи. Я пытаюсь сказать, что, если бы меня интересовала одна из твоих сестер – а они меня не интересуют, послушай меня – ты правда не позволила бы мне встречаться с ними?

От странного ощущения, над которым я не намерена была задумываться, у меня заныло в желудке, но я не стала обращать на это внимания.

– Нет, черт побери.

Услышав его смешок, я улыбнулась, поняв, что он очень оскорбился.

– Ты серьезно?

– Да, – с нажимом произнесла я.

– Почему?

– Как ты думаешь, с чего мне начать?

Он молчал.

– Я выгодная партия.

– Выгодная партия и проигрыш.

Он застонал, и я не удержалась, чтобы не посмотреть на него уголком глаза.

– Куча женщин захотела бы пойти со мной на свидание. Знаешь, сколько сообщений я получил за неделю в Пикчеграме?

– Подростки, которые еще не доросли до того, чтобы понять, какой ты тупица, не считаются, как и подслеповатые старухи, – сообщила я ему.

Видимо, он собирался проигнорировать мои слова, потому что продолжил:

– Я богат.

– И что?

– Я не урод.

– По твоему мнению.

Иван фыркнул, и уголок его рта приподнялся, не дав ему скрыть подобия улыбки, на которую я не собиралась обращать внимания.

– У меня две золотые медали.

«Пфф» вырвалось у меня, когда я всем торсом развернулась к Ивану и посмотрела на него.

– Одна из них – командное золото, а в команде – человек двадцать.

Парень на секунду открыл рот, собираясь что-то сказать, а потом закрыл его, после чего пожал плечами так, как будто почти полдня таскал меня на них.