Особое условие

Чего только стоит один странный факт – дочь некоего уважаемого советника недавно вышла замуж и почему-то осталась жить у родителей. Личность мужа неизвестна. Зачем делать из этого тайну?

А как вам гуляющие в народе слухи о том, что скоро Предок покажет свою милость и укажет на истинного правителя? Провокаторов, их распускающих, выловили и посадили в тюрьму, но они мало что знают.

И при всех этих тревожных событиях больше всего меня волнует эльфийка! Но что поделать, это не первый заговор, который я душил в зародыше.

Я не знал, что делать со словами Риналлии: «У нас не принято многоженство или многомужество, а верность между супругами считается обязательной…» или «Но сейчас речь обо мне, а я точно не смогу принять иного или согласиться делить внимание супруга еще с кем-то».

Они каменной стеной стали между нами, уничтожив все надежды. На одной чаше весов традиции ее народа и ее принципы, а на другой – моей страны и мои. И если гарем можно не посещать, я не могу никуда деть двух жен, которые подарили мне детей.

"Я ничего не могу поделать с тем, что у меня есть прошлое. Даже зная, что в будущем встречу ее, ничего бы не мог изменить. Пусть я не любил Хаялу, но она стала хорошей женой, моей помощницей в течение многих лет. Мое уважение всегда с ней. Отказаться от Замиры я тоже не мог, ведь у нас две прекрасные дочери, которых я люблю всем сердцем.

Прошлое сковывало меня по рукам и ногам. Счастье поманило, но оказалось недоступно. Знали ли люди, суетящиеся в этот момент там, внизу, что правитель Игенборга, находясь на вершине власти, как никогда чувствует свое одиночество и пустоту в душе?

Риналлия вернула вкус к жизни, наполнила мир красками и ароматами, и с ее отъездом лед и холод поселятся в сердце уже навеки. Я это точно знал.

– Гадир, простите за дерзость, что посмел потревожить вас, но у меня серьезный повод, – слова Тарлана заставили резко обернуться.

– Что произошло? – бросил отрывисто.

– Эльфийка. Риналлия Свет Луны. Я приказал наблюдать за ней.

– Зачем?

– Она знакомая подруги моей жены, и они просили присмотреть за девочкой. Наружка доложила, что она пропала.

– Как пропала? – сердце пропустило удар.

– Зашла с какой-то айной в лавку и оттуда уже не вышла.