Осколки чужой жизни

"

"Это немного успокоило Нели. Но следующей весной она заподозрила неладное. Боялась даже подумать о беременности, не то, что намекнуть о ней Баргу. К мужчине она испытывала противоречивые чувства. Аннели не могла ненавидеть его, ведь он ни к чему её не принуждал, она сама к нему пришла. Поэтому она ненавидела себя. И за то, что не испытывала отвращение к нему, и за то, что приняла его со временем. А больше всего Аннели ненавидела себя за то, что позволяла себе таять от его нежности и заботы.

В тот роковой день, когда пришел приказ о зачистке лагеря, Нели даже о чем-то весело болтала с Гаврисом, нарезая хлеб к ужину.

Подросшая Софи, как обычно, крутилась рядом, помогая складывать кусочки в плетенные собственноручно корзиночки. Братья Камински уже отнесли кастрюли к раздаче, когда на кухню зашел Ларсен. В руке у него был громоздкий пистоль, но пленники не сразу заметили его. Бледный Барг с мукой глядел на Аннели, словно пытался впитать её образ в память.

Раздались выстрелы на улице, и замершие в оцепенении люди одновременно вздрогнули.

Нели прикрыла на миг глаза, осознавая, что происходит. Она не стала просить о пощаде, молча встречая гибель. Знала о преданности Ларсена своей стране.

Барг поднял руку с пистолетом, а Аннели невольно коснулась живота в защитном жесте. И это не ускользнуло от внимания Ларсена. Несколько долгих томительных секунд он неверяще смотрел на её живот, а когда поднял взгляд, показалось, что он заново изучает её.

А в следующую секунду Барг резко перевел дуло на Руту.

В необъяснимом порыве Нели шагнула вперед, перекрывая траекторию полета пули. Интуитивно догадалась, что своему ребенку он не навредит. Ларсен криво усмехнулся, оглядывая застывшую в ожидании приговора компанию. Покачал головой своим мыслям, но все же опустил руку с пистолетом.

– Хлеб, – коротко выдохнул он. Пленные непонимающе переглянулись, и Барг добавил. – Возьмите с собой.

Рута тут же схватила чистый мешок из-под овощей и запихнула несколько целых буханок хлеба, в то время, как остальные принялись запихивать кусочки по карманам.

Ларсен подхватил Софи подмышки, отчего Нели было дернулась к ним. Но уже в следующую секунду он устроил ребенка на закорках Видара, старшего из братьев, и повязал на глаза полотенце.

– Идем молча, плотной группой. На минном поле шагаете за мной след в след, – распорядился он, пока пленные спешно надевали верхнюю одежду. – Я наложу невидимость на нас. – И уже перед самым выходом на улицу, Ларсен повторил.