Опасный босс, или Тайно беременна

 – Разве ж так можно? Да как так-то? Мне сразу эта семейка не понравилась! Как он мог до такого додуматься?! А ты, выходит, всё это время играла роль? Но зачем? Зачем ты согласилась?

– Он угрожал мне, мам, всем нам, я не знала, на что он способен, – продолжаю с дрожью в голосе, заново переживая тот ужасный период, который оставит след в душе. К сожалению, в этом я не сомневаюсь.

– Иди сюда, – после паузы, что-то обдумав и решив, мама тянется ко мне. Обнимает, в его объятиях так уютно и тепло, она приняла меня, не оттолкнула.

– Какой же гад, – причитает мама, – а строил из себя приличного человека. Мы ему все верили, хотя мама его мне сразу не понравилась, так смотрела… Свысока. Я себя почувствовала деревенщиной, такая фифа!

– Мам, даже не думай, она тебе в подметки не годится!

Вытерев слезы, несколько раз вдыхаю и выдыхаю в попытке успокоиться.

– Ой, я даже думать о ней не буду, чай, нам теперь детей не крестить. Так и что твой босс? Он-то зачем приехал? Водителем подрабатывает?

– Мам, – качнув головой, не знаю, как продолжить. Этот иррациональный стыд перед мамой никуда не деть, хоть я уже и не маленькая. Возможно, причина в том, что мне стыдно за свои поступки. Никак не могу принять то, что Диме изменила и потом скрывала, что беременна не от него.

– Что – мам? Что-то мне сказать хочешь? Глазки-то заблестели.

– Он мне предложение сделал, – вытягиваю руку вперед, – это с ним я в Ялте была, только тогда не знала, что он – брат Димы и мой будущий босс.

– Красивое, дорогое, – смотрит мама на колечко и его переливающиеся грани. – Но семейка их совсем мне не нравится. Один брат, второй… Богатые они, заносчивые, считают себя пупом земли…

– Кирилл не такой, – бросаюсь убеждать маму.

– А ты откуда знаешь? Ты так хорошо его изучила? Пока встречалась с Димой, за его спиной встречалась с его братом? Что между вами было?

– Ничего, – тихонько вздыхаю, – ведь он знал о ребенке, считал меня невестой брата.

– А когда ты ему сказала?

– Вот недавно, как в больницу попала.

Мама поджимает губы, всё еще злится, что я не сказала про госпитализацию."

"– Дай себе время, дочка, зачем ты замуж согласилась за него пойти? Вдруг у него недобрые намерения, от осинки не родятся апельсинки, вся их семейка мне кажется теперь подозрительной.