Орки тоже люди

 — Раз уж ты принимаешь меня в семью, давай лучше в королевскую? Степные орки — это, конечно, хорошо, но человеческая королевская семья намного выгоднее.

— Я еще с ней сама не породнилась, — я вырвала тиару из цепких серых пальцев и отправила обратно в карман уже вновь надетой куртки (драная не драная, а на улице без нее никуда).

— И я еще думал, чего ты принцу взялась помогать. А у тебя, оказывается, шкурный интерес, — продолжал подкалывать меня темный.

— Меня ведут духи!

— Это ты ему лучше рассказывай, — Рон кивнул на быстро шагающего впереди Тинариса, а я только вздохнула.

До последнего надеялась, что не придется пользоваться дурацким символом помолвки, теперь вот объясняйся…

— Ты очень хорошо держалась, — похвалил меня Финриар. За что люблю этого светлого: он всегда знает, с чего начать. — Какие мысли у тебя есть относительно жертвы? — И чем закончить — тоже.

— Я понятия не имею, но одно знаю точно: в жертву мы никого приносить не будем. Даже когда тебя съели, есть два выхода — уверена, и здесь найдутся варианты.

— Почему всего лишь два? — удивился светлый. — А если тебя съела, предположим, нечисть сюргун? Она трехголовая — следовательно, и выходов четыре.

— А еще всегда можно вспороть брюхо, — влез со своими ценными замечаниями Варлан, совсем недавно данный способ практиковавший.

— Вот видите, какое многообразие! — порадовалась я. — Так что никаких жертв. Что мы, темные маги какие-то?

Идущие вокруг нас гномы-провожатые, до этого такие молчаливые и непоколебимые, вздрогнули и схватились за оружие.

— В Фандариане не говорят вслух про темных магов, — шепотом пояснил эльф. — Магическая защита города во многом появилась из-за того, что гномы несколько раз страдали от темной магии.

— Надо было сразу предупредить, — пробурчала я, глядя, как гномы неохотно убирают оружие.

В гостевом доме нас встречал поставленный гномихами на ноги Ливар. А еще говорят, что гномы не владеют магией! Как иначе объяснить, что тот, кто только что чуть не остался без ноги, умудряется через несколько часов ходить, лишь слегка прихрамывая, — этого я не поняла, но искренне порадовалась.

На вопросы нашего поправившегося товарища остались отвечать его коллеги из охраны, я же ушла к себе подальше от всех. Мне было над чем подумать в одиночестве.

Вечером я постучалась к Тинарису.