Опричник Тайного Приказа

Сергей Хворостин мог поклясться, что Ростислав не открывал рот и даже не шевелил губами, но тем не менее он отчетливо слышал его голос у себя в голове. Игорь Воротынский, стоявший рядом, явно тоже услышал опричника и удивленно смотрел то на него, то на Сергея.

«Да уж, как в сказке — чем дальше, тем страшнее», — подумал полковник и сделал незаметный знак своему помощнику.

— Ваших камер здесь нет? — обратился опричник к Сергею таким же непонятным образом.

— Нет, камеры только на поворотах, а здесь, в месте, где изгиб, — мертвая зона, — ответил он.

Дождавшись, когда вся остальная группа скроется за поворотом подземной галереи, опричник повернулся к стене коридора и принялся внимательно изучать кирпичную кладку. Наконец он нашел нужный кирпич и пальцем написал на нем несколько рунических знаков. Сделал шаг назад и, выхватив из-под куртки короткий, размером со скифский акинак, серебристого цвета меч, он несколькими взмахами, тихонько бормоча, начертал в воздухе какой-то символ. По рядам кирпича прошла рябь, и на стене проявились контуры двери.

— Открывайте, — сказал Росс своим спутникам, приняв при этом боевую стойку и держа меч так, словно готовясь нанести удар тому, кто оттуда выскочит."

"Игорь с Сергеем навалились на каменную дверь, но она на удивление легко отворилась, словно висела на хорошо смазанных петлях. Из открывшейся черноты проема пахнуло холодом многовековой пещерной затхлости. Опричник сделал шаг к проему и знаком показал отойти. Остановившись на невысоком пороге, он с минуту вглядывался во тьму.

— Вроде все нормально, — сказал он и, обратившись к Игорю, добавил: — Отвлеки своих коллег, чтоб у них подозрений не возникло. Незачем им видеть то, что их не касается. Мы здесь примерно на час.

— Окей, — ответил Игорь, кивнув. — Постараюсь.

Его, как историка, распирал интерес, что там скрыто в глубине этого тайного коридора, который на много веков был запечатан от людских глаз, но он также помнил, зачем они сюда пришли.

— Иди строго за мной, могут быть ловушки для чужаков, и по возможности не шуметь, — тихо произнес Росс и взял в руку торчащий в стене факел.

Хворостин протянул опричнику фонарь, но тот отрицательно покачал головой.