Опасная дружба

Хотя собачка – это громко сказано. Это было крошечное волосатое нечто, в пальтишке и с бантиком на голове. Собачка пряталась внутри дамской сумки.

И совершенно сдурела, учуяв меня и Тикаани.

Просто невероятно, сколько шума может произвести такое микроскопическое существо! Я не понимал ни слова – в собачьем языке я не силён. Возможно, волосатая животинка отчаянно пыталась сигнализировать своей хозяйке, что здесь притаились волк и пума. Но старушка, к счастью, слышала только лай – зато какой!

– Сузи, золотко, что с тобой? – растерянно вопрошала женщина и чесала это недоразумение за отвисшим ушком.

Но детка не хотела сосиску – она хотела атаковать нас. Причём немедленно. Она вырывалась наружу из сумки, а хозяйка пыталась удержать её за украшенный бисером ошейник.

Мы переглянулись и поняли друг друга без слов. Уходим отсюда! И не только потому, что лай звенел в ушах. Было понятно, что тут не оберёшься проблем.

И тут волосатый комок выбрался-таки из сумки и помчался по полу так быстро, как только позволяли его крошечные лапки. Прямо на нас. Куки тут же спряталась за стойку с кремами, а микрособака устремилась к Тикаани. Наверное, она невероятно гордилась собой – как же, загнала волчицу!

А потом всё произошло очень-очень быстро.

"Тикаани схватила этот комок шерсти за пальтишко и тряхнула так, что съехал бантик.

Хозяйка заверещала ещё громче, чем её микрособака; звуки, вылетающие из её рта, были сродни пожарной сирене.

Аптекарша закричала и замахала руками. Не понимаю, чем это могло помочь.

Очевидно, американские горки пришлись микрособаке не по вкусу – она заскулила почти так же громко, как до того лаяла. Когда Тикаани её отпустила, она, поджав хвост, помчалась к сумке и ринулась туда головой – только зад остался торчать.

В аптеку вошли двое молодых людей в толстых зимних куртках, озадаченно осмотрелись и громко спросили:

– Всё в порядке? Помощь нужна?

– Уходим отсюда! Быстро! – крикнул я. Мы рванули к выходу, перескочили через стойку для зонтов, чуть не врезались в автоматические двери, которые не успели перед нами открыться, и наконец оказались снаружи – на свежем холодном воздухе.