Опасная дружба

Грозно фырча, мой друг галопом пересёк поляну и, наклонив голову, ткнул Миллинга в бок. Тот увернулся, злобно зашипев, и вновь попытался напасть на меня. Но Брэндон всё время становился между нами и мешал ему.

И вдруг мы услышали крик. Детский крик. Мелоди! В розовом пуховике и лыжных штанах, с растрёпанными волосами и испачканным грязью лицом она стояла у входа в пещеру. На плече у неё сидела красная белка. Обе во все глаза смотрели на нас.

Миллинг был не настолько глуп, чтобы оглядываться на пещеру. Однако, услышав крик, он запнулся на долю секунды.

Я промчался мимо Брэндона и, собрав все оставшиеся у меня силы, прыгнул прямо на Миллинга. И мне удалось его повалить! Он отбивался, лёжа на спине, царапал меня и в клочья рвал когтями мою шкуру. Но я не уворачивался от ударов и не обращал внимания на боль: ведь у меня была цель – вцепиться ему в глотку. Кожа там такая тонкая! Убивать меня не учили – но, возможно, это у пум в крови? Я знал, что нужно делать… Но я не мог.

Миллинг почувствовал мою нерешительность и рывком высвободился из моих когтей. Вот только огонь в его глазах погас: мне удалось уничтожить его уверенность. И я смог нанести ему несколько ударов, выпустив когти.

Может, теперь отступит?

Нет, только не Эндрю Миллинг.

Внезапно он развернулся и помчался прямо на Мелоди. Он словно летел – его лапы едва касались земли. Моя сводная сестра пыталась спастись бегством с Холли на плече, но двигалась она очень медленно – снег местами доходил ей до колен.

Боль пронзила меня в самое сердце. Я сразу понял, что задумал Миллинг. Если он убьёт Мелоди, то победа останется за ним. Ещё два прыжка – и он её настигнет. И свернёт ей шею, словно кролику.

И я не знал, смогу ли ему помешать.

Острые когти

Я отчаянно мчался за Миллингом. Ещё мгновение – и он прыгнет на Мелоди!..

И тут вдруг надо мной распростёрлись огромные коричневые крылья.

Лисса накрыла крыльями его распростёртое тело, остались видны только дрыгающиеся задние лапы и нервно бьющий о землю коричневый хвост. Возможно, орлан и пума о чём-то говорили, но я ничего не слышал.