Она будет жить с нами

То, что было удобным и что не требовало много времени для надевания. На ноги  -удобные балетки."

"Пока рылась в шкафу, наткнулась на те брюки, в которых вышла утром из дома. Когда вернулась домой, забыла о визитке, что дал мне Вознесенский, теперь же, даже не думая, вынула ее и сунула в карман джинсов.

Выйдя из комнаты, бесшумно притворила за собой дверь. Звуки «прекрасной ночи» теперь стали особенно слышны, они заполонили мою голову… они начали сводить с ума.

Но то, что Эдик так раздухарился, играло мне на руку.

Так будет проще выйти из квартиры незамеченной. Я взяла сумочку, запрещая себе думать о том, куда отправлюсь посреди ночи. Потому что было, по сути, некуда и не к кому. Взялась за ручку двери и вдруг случилось ужасное. Скрип прекратился, ему на смену пришел другой звук:

- Пойду воды хлебну, - пробасил Эд.

Я отступила в темноту прихожей и прижалась спиной к стене. Сердце загрохотало в ушах с такой силой, что я на несколько секунд оглохла. А когда вновь начала слышать окружающие звуки, уловила шаги Эда.

Босые ступни по полу - сначала в сторону кухни, потом, через время, обратно. Открылась дверь. В спальню, или в гостиную, я не знала, но молила всех святых, чтобы Эдик вернулся к своей выдре.

- Эдичка-а-а! - послышался ее стон, и я выдохнула.

А потом кровать заскрипела еще ритмичнее и быстрее. Своего рода спектакль для меня, спасибо за него и бывшему, и его швабре.

Выйдя из квартиры без приключений, я закрыла дверь и, пораздумав немного, решила не запирать ее на ключ.

Этот шум мог стоить мне слишком дорого.

Сбежав по лестнице, я вышла из дома и, вдохнув ночной воздух полной грудью, быстро зашагала прочь от дома, чувствуя какой-то невероятный, просто упоительный аромат свободы.

- Алло? Говорите громче, я вас не слышу.

На том конце связи звучал голос Вознесенского, а я стояла, сжав трубку таксофона, и отчаянно ругала себя за то, что не отвечаю.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​- Перезвоните, плохая связь, - сказал Алексей, и я решилась:

- Леш… это Ульяна.

Разлилось молчание, которое было красноречивее всяких слов. Я дурочка… я глупая, верно говорил Эд. Звоню посреди ночи мужчине, которого видела пару раз в жизни.

- Ульяна? У тебя что-то случилось?

В голосе Вознесенского слышалось такое неподдельное беспокойство, что я всхлипнула, но тут же взяла себя в руки.

- Мы можем увидеться?

Я ждала, что он ответит нечто вроде: «В такой час?». Или: «Вообще-то ночью люди спят».