Он. Она. Другая (СИ)

Вспоминаю, что в понедельник Надира и Фируза заезжали к нам и побыли с Нафисой. От них я узнала, что Таир окончательно ушел из родительского дома и на семейном совете сестры решили, что жить с родителями теперь будет Фируза с семьей. Ее муж работает вахтовым методом на медном месторождении, поэтому младшей золовке будет лучше, если мама с папой помогут с детьми. Ну вот, выход из положения нашелся быстро.

— Я не узнаю тебя, Таир, — вглядываюсь во все еще любимое лицо мужа. — Я думала, любовь делает человека лучше, сильнее.

— Хорошо, Сабина. Ненавидь меня, ругай, матери. Но я не убегаю и не отказываюсь от обязательств. И если я выполняю все условия, то и ты, пожалуйста, иди навстречу.

— Вот как? — чеканю холодно. — Что ты хочешь?

— Увидеть дочь, — говорит твердо.

— Нет.

— Почему? — округляет глаза. — Я имею на это право.

Делаю глубокий вдох, надеясь, что поступаю правильно.

— У тебя дома больной ребенок. Я не знаю, заразился ли ты от него или нет. У Нафисы после больницы ослаб иммунитет.

— Пожалуйста, я прошу тебя, — хрипло просит он. — Я не видел Нафису почти две недели.

А сколько дней вместе с папой ты у нее украл, бегая к своей любовнице и сыну? Хочу крикнуть ему это в лицо, но что останавливает.

— Я надену маску, — предлагает он. — Просто посмотреть на нее.

Поджимаю нижнюю губу, думаю, что никогда не видела его таким. Только теперь, анализируя нашу семейную жизнь, я понимаю, что в большом доме всегда были мы с Нафисой и его родители, а Таир проходил где-то рядом.

Открываю сумочку, достаю телефон и звоню сестре.

— Ирада, Нафиса еще не спит?

— Не-а, она попросилась гулять. Мы на площадке рядом с домом. Нам уже заходить?

— Нет, побудьте еще чуть-чуть. Я подойду.

Кладу мобильный обратно и снова взираю на мужа.

— Нафиса гуляет во дворе. Ты можешь с ней увидеться. Но только в маске.

— Хорошо, — кивает он и я замечаю, как загорелись его глаза.

К родительскому дому идем молча. Не держимся за руки, ничего не спрашиваем и не отвечаем.