Он. Она. Другая (СИ)

 — Сабина была здесь? Ты ничего не путаешь, Гульвира?

— Нет, это точно была она. Вся заплаканная, — соседка косится на меня и усмехается. — Ничего перед собой не видела.

— Значит, она все слышала! — мама медленно опускается на стул и начинает плакать. — Бедная наша девочка.

— А что у вас происходит? — не унимается Гульвира.

— Вот! — рычит отец и тычет в меня пальцем. — Ты видишь, до чего ты ее довел! Где она теперь?! Звони быстро!

Достаю телефон, набираю ее, но она не отвечает.

— Поеду ее искать, — выбегаю из дома, на ходу надеваю куртку и достаю из кармана ключи от машины.

— Я с тобой, — папа быстро идет следом, прикрывает за собой калитку и садится на переднее сидение. — Может, она просто пошла прогуляться.

— Не знаю, — цежу сквозь зубы, завожу мотор и газую.

— Звони дальше!

Но сколько бы я не звонил, Сабина трубку не берет. И лишь на пятый или шестой раз она сбрасывает, а потом и вовсе отключает телефон.

— Вне зоны доступа, — бросаю отцу.

— Звони сестре, — приказывает он.

Медлю, потому что знаю характер Ирады. Она — полная противоположность Сабины — резкая, языкастая, язвительная. Они будто с разных планет, хоть и росли в одной семье. Говорить с ней по громкой связи при отце точно нельзя. Нахожу ее в контактах и нажимаю на кнопку вызова. Берет не сразу и сразу же тихо рычит в трубку:

— Чё те надо?

— Ирада, Сабина не выходила на связь? — не обращаю внимания на ее тон и стараюсь не напугать своим.

— Что значит “не выходила”? Она поехала к тебе домой забрать вещи, — шепотом шипит на меня, как змея.

— Давно?

— Больше часа назад, наверное. Ее должна была забрать Ксюша. Что случилось? Где она? — Ирада начинает выходить из себя.

— Я не знаю, — рявкаю от бессилия. — Она не брала трубку, а потом отключилась.

— Таир, козлина. Если с ней что-то случится, я не посмотрю на то, что ты мне помог. Я — не моя глупая, влюбленная сестра, понял меня? — разговаривает со мной, как с мальчишкой каким-то, чем страшно выбешивает.

— Ирада, ты за языком-то следи! Я тебя старше намного, — предупреждаю я.

— И чё? Мне тебя бояться и говорить с уважением? Так я не твоя жена, слава Богу. И надо было следить за своим хозяйством. В штанах его держать, раз уж женат. Г*нд*н.

— Ирада, я с отцом еду, — мельком смотрю на папу, который, к счастью, ее не слышит, но глазам спрашивает, в чем дело.