Он. Она. Другая (СИ)

Сначала большое в центральном офисе, потом с руководителями подразделений у нас.

В течение дня несколько раз ловлю себя на мысли, что скучаю по нему и хочу увидеть. Интересно, что он сделает, если мы столкнемся в коридоре? Улыбнется? Легонько прикоснется, проходя мимо? Остается только догадываться.

— Эх, девочки, как бы я ни старалась, не судьба мне стать Хамраевой, — показушно вздыхает только что вошедшая Газиза. Вся бухгалтерия тут же отрывается от мониторов и смотрит на нее. — Похоже, он жениться собрался.

В горле тут же пересыхает, а в ушах звенит так, что я, кажется, плохо слышу, что она еще говорит. Неужели нас раскрыли, увидели на Кок Тобе или ресторане? А еще Газиза — девушка вредная и, если ей что-то известно, то она непременно расскажет об этом по секрету всему свету. И все назло мне.

— С чего ты взяла? — с нескрываемым любопытством спросила наша коллега Сафина. Да что там, весь отдел навострил уши.

— Я была внизу, когда она пришла, — начала свой рассказ Газя, как зовет ее близкое окружение.

Она? Какая еще “Она”?

— Мдаа, девочки, упакованная баба у него, конечно. Высокая такая, волосы густые, а кожа сияет! В такую деньги вливать и вливать. Порода… — Газиза вдруг посмотрела на меня и блеснула своими черными угольками.

— Да что ты ходишь вокруг да около, — перебила ее Сафина. — Что за девушка?

— На ресепшене представилась Рузанной, сказала, что ей к Нариману. Я как раз рядом стояла. Короче, он сам через несколько минут спустился и повел ее во второй павильон.

— К “корейцам”? — переспросила Улпан. “Корейцы” на нашем рабочем языке — это машины из Южной Кореи.

— Ага. Походу, наш Нариманчик новую машину купит невесте."

"— Так уж и невесте! — вклинилась в разговор Ольга Михайловна. — Не рановато ли ты выводы делаешь, Газиза?

— Олечка Михайловна, — передразнила женщину Газя, — видели ли бы вы кольцо с брюликом у нее на пальце! Такие только невестам дарят. Или я не права, Сабина?

Поднимаю на нее отсутствующий взгляд и понимаю, что сейчас мне в сто раз больнее, чем полтора года назад.

Глава 15. Милая

Сабина

Уши все еще закладывает от последних слов Газизы, после которых я осторожно выхожу в туалет. Сжимая края раковины смотрю на свое отражение и собираю всю свою волю в кулак, стараясь не плакать. Я же думала, что у меня все высохло и ничего не осталось, но ошиблась.