Олигарх из будущего. Часть первая. Деньги пахнут кровью

Сначала в глазах Ашота мелькает ирония, но потом парень увлекается моим рассказом и живо представляет открывающиеся перед ним перспективы.

— Слушай, — хриплым от волнения голосом поинтересовался парень. — Если то, что ты говоришь, правда, и этот дядька тебе не соврал, то значит скоро можно честно заработать хоть миллион? И ни какой ОБХСС, никакая милиция ничего тебе сделать не смогут?

— Именно так и должно быть, — подтвердил я. — После принятия законов можно заниматься любыми не запрещенными в СССР видами деятельности, в том числе и торговлей.

— Не верится даже. — Ашот растерян. — Звучит как сказка какая-то. Легальные капиталисты в СССР? Даже представить себе не могу.

— И, тем не менее, это так, — давлю я, — в ноябре этого года уже выйдет первый закон, готовящий почву для реформ. Он будет называться «Об индивидуальной трудовой деятельности». Людям позволят легально продавать свои услуги, в свободное от работы время. Так что немного осталось, полгода где-то, и ты увидишь это собственными глазами.

Армянин молчит, что-то лихорадочно обдумывая. Тонкие пальцы музыканта нервно барабанят по столу, выдавая его состояние.

Возле нас опять появляется официант с подносом и начинает расставлять бокалы, бутылку с вином, нарезку, хрустальную пиалочку с красной икрой, зелень, тарелочку с помидорами и огурцами. Запотевшая бутылка «Киндзмараули», ярко-красные порезанные помидоры, зелень с капельками воды, кружочки огурцов вызывают у меня желание немедленно приступить к трапезе.

Накладываю себе тонко нарезанные куски буженины, парочку перьев зеленого лука, сочные ломтики помидоров, разливаю вино по бокалам.

— Будем, — поднимаю бокал."

"— А, да, — Ашот отвлекается от раздумий, подхватывает бокал пальцами, — будем, брат. Знаешь, один мудрый человек сказал: Потерял деньги — ничего не потерял. Ещё их заработаешь. Если потерял здоровье — то половину жизни потерял. А если честь пропала — то всё пропало. Так выпьем же за то, чтобы всё, было в порядке, ничего не терялось и не пропадало. А половина всегда была в составе единого целого! Будем!

Бокалы со звоном соприкасаются.