Огненный поток

 — Заметив, что ялик пришвартовался к «Анахите», миссис Бернэм продолжила скороговоркой: — Возможность представится очень скоро. В Новый год мы устраиваем раут на шхуне. Муж хочет развлечь офицеров корпуса. Будут и дамы. Я пригласила Полетт. Она согласилась, поскольку не знает, что вы здесь. Вы должны прийти и поговорить с ней.

На этом она, взяв зонтик на плечо, сошла на главную палубу. Захарий двинулся следом, удивляясь тому, как быстро мадам обрела прежнюю стать и вальяжность. Супруги обменялись легкими поцелуями и парой тихих слов.

— Можно взять ялик, дорогой? — сказала миссис Бернэм. — Я собралась с визитами в Макао.

— Конечно, милая. Ты не против, если я нагружу тебя поручением?

— Ничуть. Что от меня требуется?

— Ты, наверное, помнишь миссис Модди, с которой мы встречались в Бомбее? Кажется, я говорил, что в Макао она добралась на «Лани», верно? С ее покойным мужем, выдающимся человеком, мы вместе работали в Совете палаты.

— Да, я помню, ты о том рассказывал.

— Насколько я знаю, сейчас миссис Модди обитает в доме племянника на Прайя-Гранде. Наверное, надо пригласить ее на наш новогодний раут.

— Конечно, дорогой. Я непременно к ней заеду.

— Спасибо, милая. — Бернэм поцеловал жену в щечку.

Ялик отбыл, и лишь тогда мистер Бернэм обратил внимание на Захария.

— Идемте, Рейд, — сказал он, поднимаясь на квартердек. — Я уверен, вам есть что рассказать.

— Да, сэр.

В следующие полчаса, что они расхаживали по палубе, Захарий поведал о рейсах на «Лани» и «Ибисе», о торговле опием в Сингапуре и на китайском побережье. Бернэм слушал внимательно, однако молчал и лишь иногда одобрительно покачивал головой. Но вот возникло имя Ленни Чана, и он нарушил молчание:

— И впрямь полезное знакомство, Рейд! Весьма полезное."

"Одобрение его стало еще более выраженным, когда, ознакомившись со счетами, он узнал, что одна только нынешняя поездка принесла ему доход почти в миллион долларов; цифры красноречиво свидетельствовали: вопреки всем усилиям китайского правительства, спрос на опий, особенно среди молодежи, возрастал неудержимо.

— Шахбаш, Рейд! Превосходно! — воскликнул Бернэм. — Рост цен говорит о власти рынка и доказывает глупость тех, кто пытается противодействовать законам природы, освященным небесами.