Огненный князь (СИ)

Согласно указу Хранителя, перед битвой были выделены земли для строительства домов всему высшему офицерскому составу. Увы, прорвавшиеся к штабу пожиратели уничтожили почти всех из них. Таким образом, личные дома имеют всего несколько родов. Но о них не стоит сейчас говорить, ведь их имена держатся в секрете. За пустующими домами следит академия и Громада, столица Аштаэлии, в лице ее градоначальника Виктора Йоркского, в надежде, что объявится наследник собственности. Для них у нас существуют особые условия для поступления.

Но попадание на Аштаэлию ещё не говорит о том, что вы попадете в академию. Для не-магов есть возможность переселиться к нам, но для этого надо опять же подать заявление в любой из храмов.

— Звучит так, будто вы не любите новых разумных.

— Это не совсем так. Наш мир — закрытый, и прямым распоряжением Хранителя в него допускаются лишь те, кто пройдет строжайшую проверку. А она занимает много сил и времени. Но несомненно тот, кто этого действительно хочет, своего добьется. Мы рады всем, кто живет по Правде. Кстати, про академию — когда уже ты сдашь экзамен и подтвердишь свой ранг магистра?

— Но, тетя, магия — это так скучно.

— Ничего не знаю, жду тебя через неделю на Аштаэлии, и только попробуй не явиться!!!"

"— Как прикажете, -послышался горестный вздох. — Что ж, благодарю вас за такой развернутый ответ. Рад, что вы смогли уделить нам время. А сейчас я передаю слово своему коллеге, другу и брату. Встречайте — Узкоглазый Ник. А я прощаюсь с вами, до новых встреч. Тетя, надеюсь, вы останетесь на обед. Мы будем очень рады. Мама приготовила потрясающую дичь по рецепту самой Икиморы.

— Привет-привет, с вами Ник Молния. Тетя, мое почтение. Вы, как всегда, выглядите восхитительно. Надо непременно устроить с вами стрим, где вы поделитесь своими секретами вашей красоты. А ты, Дениска-Редиска, прочь из моего кресла!!! И сейчас мы зажжем под песню Твердолобой Лены «Мой ты не мой» из ее нового альбома «Магия любви»...

При этом я сразу выключил радио. Как-то я слышал эту песню — и моя голова едва не взорвалась.