Одна из тысячи звезд

Мой удерживатель дергается, видимо, такой вариант он не просчитал. И я понимаю, вот он мой шанс к свободе.

Со всей силы дергаю руками в сторону паха этого тормоза. Мой удар сопровождается эпическим воплем потерпевшего, но я продолжаю и хватаю за половые органы, дергаю вниз, одновременно скручивая. Вопль превращается в визг. Да ему б арии исполнять в «Пятом элементе» или вместо Витаса выступать.

Парня скручивает вперед, тем самым я получаю свободу. Недолго думая, хватаю с полочки тяжелые, старые часы в виде медведя на бочке, и бью в основание черепа.

В двери отчаянно стучат и орут голосом Алисы. Замечательно. Двигаюсь к двери, собираясь открыть, но боковым зрением замечаю движение парня. Вот гаденыш. Череп хрен проломишь. Подруге кричу, чтоб подождала.

Сама же быстро меняю направление от двери к рабочей зоне кабинета, где у меня сейф с наркотическими препаратами и стерильный столик с инструментами. Хватаю шприц и ампулу с препаратом для внутривенного наркоза из сейфа.

Дверь содрогается от ударов. Бегу открывать, пока подруга ОМОН не вызвала.

Перед глазами шедевральная картина. Бешеная Алиса с сумочкой от «GUCCI» в руках, а рядом трое охранников с поста с пистолетами на изготовке у двоих, а у третьего топор из противопожарного отсека.

При виде меня все дружно на секунду застывают. А потом у подружки запускается матерный речевой оборот.

Я морщусь от боли в голове, прижимаю руку к шеи. Прислоняюсь к косяку в поиске опоры, смотрю на себя вниз, — половина белого халата в крови. Мда… тошно что-то, значит, скоро начнется «отходняк», и надо до этого момента решить все ключевые вопросы.

— Лиска, прекрати истерить! — затыкаю девушку. — Мальчики, в кабинете лежит нападающий, под наркозом. Надо его хорошенько зафиксировать.

Охранники ринулись в мою обитель, а подружка ко мне.

— Селиночка, Селя… ооо… Ты вся в крови… тебе нужен врач, в реанимацию.

Лиска схватила меня в свой обхват, как у питона.

— Так, успокойся! Я в порядке. Реанимация откладывается. Это просто небольшой порез.

Я чистой рукой перехватываю ее руку, крепко сжимаю. Она смотрит на меня испуганными глазами, в уголках блестят слезки.

— Не вздумай плакать! Все нормально. Давай звони Артему, пусть мчит сюда на допрос.