Одна из тысячи звезд

Пусть так, но мне хотелось, чтоб хоть где-то в моей жизни все работало красиво, по инструкции и уставу.

От Даниила ни звоночка, вот же гад… хотя б я все равно трубку не взяла, чтоб помучился. Сначала решила, что после работы только домой, но спустя пару часов самоанализа и размышлений над возможными причинами выходки Арчинского пришла к выводу, что в его действиях есть логика. Мое ж невозвращение к нему домой попахивает «подростковым инфантилизмом» и явно не показывает меня взрослой и самостоятельной женщиной, способной к разумным поступкам.

Так что таракашкам намотала сопли на кулак, откинув в сторону слюнявчики, собрала нервы в кучку и сбавила обороты прессинга трудящихся. День близится к вечеру, пора и отдохнуть, поэтому пошла навестить Пашульку и лично осмотреть его героические раны. Парень встретил меня с радостной улыбкой на всю моську. Это подтолкнуло меня на мысль, что меня явно хотели сильно, ну, прямо очень сильно видеть.

— Селина Арнольдовна, здравствуйте! Как хорошо, что вы пришли, а я к Вам в кабинет хотел идти.

Сказали, что вы еще буяните там, — чуть ли не прокричал, вскакивая с кровати.

— Мда… интересно, кто ж сказал? — мягко и нежно спросила я, мысленно уже потирая лапки от предвкушения дисциплинарной выволочки.

— Так меня ваш Андрюха навещал, вот и сказал.

Жаль, конечно, тут в чтении лекций не развернёшься, по сути, эти два охломона вообще мне не подвластны, только святой Даниил имеет влияние на их умы.

— Ну, понятно, а зачем ко мне собирался? Соскучился за выходные по моим ковыряниям в твоих ранках? Или по мне? — подмигивая Паше, присела на стульчик для посетителей напротив кровати.

— Ну, Селина Арнольдовна, конечно, по Вам и вашим умелым ручкам, — улыбнулся этот подхалим, возвышаясь надо мной.

— Пашуль, ты присаживайся, а то у меня шею переклинит, если буду любоваться на тебя из такого положения.

Парень быстренько уселся на кровать, мирно сложив руки на колени. Черт, ну, детский сад… кивнула ему головой, чтоб начинал вещать истину, от которой, судя по всему, его распирало.

— Мой лечащий врач сказал, что в принципе может отпустить меня домой, но только с Вашего письменного согласия.

Ааа, правильно! Своих пациентов-клиентов я разрешала выписывать только после личного осмотра. Не то чтоб я не доверяла врачам нашей больницы, но мне хотелось быть уверенной на все сто процентов, что лечение проведено правильно и никакие осложнения впоследствии не выстрелят мне в голову в прямом и переносном смысле этого выражения.