Одна из тысячи звезд

Спорить сил не было, а возвращаться в пустую квартиру, чтоб снова погрузиться в невеселые мысли о моем будущем, не очень-то хотелось.

Болтовня ни о чем, Алиска с ее бьющим ключом оптимизма и процедуры сделали свое дело на отлично, вернув мне прежние уверенность и спокойствие, так что я даже сменила платье на новый наряд из оранжево-персиковых брюк и в тон им блузку. После мы с Алиской решили “гулять так гулять”: отправились в любимый пивной бар, уселись за любимый столик в самом углу заведения, заказав пару кружек любимого светлого пива и закусочки из раков, сушеной рыбки и копченого сыра.

Парни, сначала яростно сопротивляющиеся сесть с нами за стол и поужинать, под угрозой моего побега из туалета через форточку согласились, поэтому заказ на раков удвоили и добавили мясную пиццу, так как такие большие тела морепродуктами не накормишь. Выпить с нами пиво мужчины отказались, заявив, что они на службе.

Вскоре мы замечательно сидели вчетвером, Виталик оказался классным юмористом, что я аж надрывала животик, а приступы смеха запивала пивом.

Последствия этого не заставили себя долго ждать. Кроме регулярных походов в туалет под конвоем, что тоже каждый раз вызывало взрыв смеха, я стремительно пьянела, а к моменту появления возле нашего столика Арчинского была готова на подвиги.

— О, Медвежонок, ты ж моя прелесть! Иди ко мне, я тебя закусаю! — чуть ли не пропела я, протягивая руки к объекту своего вожделения. Этот мужчина напрочь рвал мои границы в твердом состоянии, а в «мягком, вообще, лишал способности сосредоточиться на чем- то другом, кроме него.

Его приподнятая бровь и легкая улыбка говорили мне, что он не ожидал, но в игре поучаствует. Андрей, что сидел на дополнительном стуле ближе ко мне, передвинулся, освобождая проход к моему диванчику, и, как только Даниил сел рядом со мной, я, быстро перекинув ногу, села на него верхом и, обхватив его голову руками, поцеловала самым развратным способом, на который была способна.

Скорее почувствовала, чем услышала, паузу за нашим столиком, но мне было плевать на окружающих и мое ненормальное в их глазах поведение. А что такое нормально? Кто придумал эти нормы поведения, предписывающие ограничивать и сдерживать себя и свои душевные порывы? Я всю жизнь сдерживалась, контролировала и боялась. У меня ничего и никогда не было нормального: ни детства, ни юности, ни любви. И только с этим мужчиной я не боялась.