Одержимость Грешника

Лёша не стал мне его давать в руки, потому что он наверняка дико тяжелый, а решил оставить эти цветы в спальне, чтобы здесь пахло розами и создавалась приятная атмосфера.

Как бы ни банально это было, а мне приятно. Дело не столько в цветах, а в этой заботе. Я уже очень давно её не видела… Но теперь моя жизнь совсем другая стала.

Может быть, если я попытаюсь перелистнуть страницу прошлого, мы с Алексом сумеем что-то построить?

Жизнь пошла своим чередом.

Паша сбежал и теперь объявлен в федеральный розыск.

Жаль ли мне его?

Да.

Всё равно жаль, ведь он был мне когда-то близок и уже не станет чужим. Но он сам выбрал свой путь, и помочь ему теперь я не в силах…"

"Мы продолжали жить в доме Северова вшестером: я, Ксюша, Алекс, Татьяна, Катя и кот Бегемот. Кот подружился с дочкой и теперь частенько забирается в её постель ночью, негодник пушистый! Лёша сетует на то, что этот усатый предатель совсем бросил папу, но всё же с улыбкой смотрит на возню кота и Ксюши на ковре вечерами в гостиной.

Суд прошёл без Паши.

Скоро я получу свидетельство о разводе.

Юля несколько раз пыталась мне позвонить, но я общаться с ней не готова.

Алекс не давил на меня. Был внимателен к моим делам и к делам Ксюши. Особенно я ценила его отношение к Ксюше и Кате — они ему никто, но он старался наладить контакт с ними. Ради меня, я прекрасно это понимала.

Я грелась в его тепле и заботе. Я даже сама не знала, насколько мне этого не хватало. Я так привыкла быть сильной и всё решать сама, что уже и забыла, каково это — быть под крылышком у сильного мужчины.

И не заметила, как сильно я устала быть сильной… А с Лёшей я вспомнила снова, что я девочка, которой прощают капризы и любят ни за что. И то, что он принимает мою дочь, не считает её каким-то отбросом, помог мне её вернуть, — для меня играло очень важную роль. Я посмотрела на Северова с другой стороны: он больше не пытался меня ни к чему принудить, он старался стать настоящей семьёй, улыбался, когда я говорила о том, что анализы хорошие и наш малыш развивается правильно. Я перестала ощущать стыд и груз прошлого. Я беременна от Лёши, я выхожу за него замуж, он не обижает дочку и Катю, которая перекочевала в дом Северова вслед за нами и которую он и не думал гнать, потому что видел, что она мне нужна. Мне больше нечего стыдиться. Я свободна. Я больше ничего не должна Паше. Никто больше меня и словом не попрекнёт — Лёша не позволит, я знаю.

За моей спиной словно расправлялись крылья.