Обреченные осколки (СИ)

 — Везде, где пытаются держаться за старые порядки, процветает рабство и эксплуатация. Потому что люди не могут принять новые условия. Цепляются за старое, упускают возможности…

— Будто в такой заднице много возможностей! — фыркнула Алла.

— Много… Пока статус небольшой — возможностей всегда много, — не согласился Игорь. — Но вот на таких узлах, где люди из одного мира — их не видно. Каждое порождение — это возможность усилиться. Упорядоченное толкает нас воевать с Хаосом, а мы пытаемся спрятаться за крепкими стенами.

— Ну ладно я! Ладно Вадим! — Алла всплеснула руками. — Но мои девочки! Они же совсем маленькие!

— Недавно мой шестилетний сын прикрыл целый узел щитом абсолютной защиты, — признался Игорь. — Правда, перенапрягся. И теперь ему нужно лекарство. Но он сделал то, чего не могли взрослые. Твои девочки, Алла, гораздо лучше понимают этот мир, чем мы, взрослые. Уже понимают лучше, чем кто-либо из нас! Их надо учить, и учить не математике с физикой. Здесь, на границе с Хаосом, даже самые точные из наук — не более чем наследие миров Порядка.

"Алла, само собой, не согласилась, но аргументов не нашла. А вскоре беседа перекинулась на более приземлённые вещи: подорожавшую еду и ужесточение контроля за добытой рудой.

А ситуация, тем временем, начала меняться. Всё чаще Игорь видел мелькающие в тумане тени порождений. Вся нечисть узла стягивалась сюда, к монументу. Они старались не показываться на глаза, но дымка колыхалась под холодным ветерком. И поэтому то тут, то там проступали детали, до поры до времени скрытые от глаз.

Порождений было много. Очень много. Сам Игорь не слишком боялся такого нашествия. В крайнем случае, всегда можно забрать Веру, покинуть узел и вернуться днём. Но оставлять доверившихся ему людей не хотелось…

Впрочем, как прикрыть собравшихся у монумента, он уже придумал. На самом монументе. Здесь, на Лысом Камне, это странное строение имело не совсем гладкие стены. На высоте примерно полутора человеческих ростов виднелся выступ.

Да, выступ был небольшой: всего сантиметров двадцать или, может, тридцать в ширину. Но этого хватило бы, чтобы стоять и стрелять. Маловато, конечно, но жить захочешь — и не так раскорячишься…

Надо было только помочь людям туда забраться. Понимая, что дело уже идёт к развязке, Игорь скинул рюкзак и достал из него верёвку с железным крюком на конце.

— Ну что, кто первый? — спросил он удивлённых людей. — Вера?

— Туда? — догадалась дочь.