Обреченные осколки (СИ)

Это была лишь внешняя ширма, передавшая ему право управлять людьми, но никак не цель…

При взгляде на Вешину, на Изотова, на многих других людей на узле, которые не просто хотели что-то сделать, но и делали, как только выпадала возможность — становилась ясна реальная цель Упорядоченного.

Игорю нужно было этих людей расшевелить.

Ему нужно было дать им понять, что узел для них — это дом. Их дом. И никакой рыцарь, землевладелец или лорд не имеет сил это отменить. И защитить этот узел не сможет ни правитель, ни колдун — если они сами его не будут защищать.

А Игорь — это тот кнут, которым система подхлёстывала местное аморфное население. Чтобы люди сами начали разгребать проблемы, свалившиеся им, как снег на голову.

Именно этого нужно было добиться Игорю. И, вероятно, именно за это его накажет Упорядоченное, если он не справится.

С этими мыслями он и задремал, провалившись в тревожный рваный сон, во время которого часто просыпался, засыпал снова… А иногда просто долго лежал с закрытыми глазами, стараясь уснуть и слушая голоса за дверью.

Текущая сила сопротивления: 157/10000.

Пока Игорь спал, ситуация изменилась. Дознаватели и стражники, присоединившиеся к ним, сумели очистить от порождений всю территорию трёх складов.

А также приняли группу жителей, которые пришли из одного из жилых кварталов. После того, как на узел опустился туман и началась вечная ночь, люди выдержали около суток — а затем начали потихоньку выбираться из домов. Большинство из них сумели добраться до склада без последствий, и только трое по пути превратились в монстров.

Дознаватели, кстати, предложили решение, как привлечь людей во временное ополчение.

— Я бы освободил вообще. И пообещал бы какие-то перспективы, но у меня таких полномочий нет… — признался Изотов.

— Я же вам дал все разрешения! — мрачно заметил Игорь.

— Дать-то ты дал! — вступился за Изотова Крылов. — Но ты пойми, Игорь!.. Ты дела доделаешь и уйдёшь. А нам тут жить. И не факт, что наш землевладелец убит. Если он выживет, то многое из того, что мы обещали, ни за что не примет.