Оборотень на 8 марта

Кроме первого дня нашему отдыху и уединению никто не мешал и через пару дней мы полностью расслабились, отдаваясь друг другу, уединению и радости от наших зародившихся отношений. Столько моментов близости со мной ранее не случалось, глубинной близости. Я в полной мере познал, что такое пара и, что такое гармоничные отношения в паре. Ведь до этого несколько недель я проникался другой стороной, где боль поглощала меня, грозясь свести с ума. Очень быстро все изменилось и боль отступилась разом, но подсознательно я все еще жду ее острых когтей.

Иногда я слышал раздраженное:

- Подожди меня здесь, мне в кустики надо.

Соня не понимала, что я настолько вовлечен в нее, что нет сил оставить ее одну даже на пять минут. Вся моя суть тянулась к ней, может поэтому я менялся, и уже в шкуре медведя стремился пойти за ней.

- Ты что извращенец? - гневно спрашивала Сонечка. - Я не буду пИсать при медведе. Иди к озеру, я скоро.

Приходилось буквально за шкирку себя оттаскивать в сторону и ведь тогда искренне не мог понять, а что такого.

Это теперь, когда ко мне вернулась адекватность, я понимаю Соню и ее возмущенные тирады. Тогда у меня случилась эйфория, своеобразный откат от долгого воздержания и невозможности сделать пару своей немедленно. Наконец-то я могу разумно мыслить и отпускать меня начало только день на десятый. А на двенадцатый я сделал ей предложение.

- Я отдаю тебе всего себя, вверяю душу, сердце и жизнь. Принимаешь ли ты, София, мой Дар?

Несколько минут тишины разорвали мое нутро бесконечное множество раз, но потом она негромко ответила, глядя в глаза:

- Я принимаю твой Дар, Константин.

- Принимаю! - немедленно ответил я, целуя свою женщину в живот, раздевая ее.

- Что опять? - вновь возмущенные нотки преобладают в ее голосе. - Мы же только что несколько часов…

Продолжить я ей не даю, целую, заваливая на себя, помогая оседлать и насадиться. Она горячая, влажная, податливая. Идеальная. Моя.

София.