Обнаженная для герцога (СИ)

— Как же так, твоё величество, — раздался другой развесёлый мужской голос, — вечеринка так славно начиналась, пусть и без девичьего общества, а ты…

Мой якобы скоропостижно померевший муж оторвал от меня взгляд.

— Вечеринка окончена, — сказал он тихо, но от силы и власти, полыхнувшей в его голосе, я невольно съёжилась."

"С усилием оторвав от него взгляд, я испуганно оглядела просторную комнату с высоким потолком и стенами, украшенными сложным золотым орнаментом. Мы сидели на парчовом диване, расшитом изысканным золотым узором.

С диванчиков и кресел поднимались мужчины, явно обладающие влиянием и властью. Это читалось во взглядах, осанке, было видно по дорогой одежде и манере держать себя.

Все они низко поклонились моему… мужу, и, ни слова не говоря, проворно направились к выходу, огибая столики, уставленные напитками, закусками и фруктами.

Я смотрела, как они выходят, а в голове бились услышанные только что слова «Дамиан», «пташки», «поделишься», «твоё величество».

Дверь захлопнулась за последним вышедшим.

Я снова посмотрела на… На него.

— Дамиан? — срывающимся голосом спросила я.

Его рука в моих волосах сжалась в кулак, запрокидывая мою голову, а вторая скользнула под сорочку, охватывая ягодицу и прижимая меня плотнее.

— Я сказал тебе не снимать амулет, — его тихий властный голос прозвучал с угрозой.

— Дамиан, — повторила я. — Твоё величество.

Он смотрел на меня, сощурив янтарные глаза.

— Лия. Где амулет, который я приказывал тебе не снимать ни на минуту? — очень тихо спросил он.

От этого приглушённого вопроса мне поплохело. Кто этот незнакомец с лицом герцога Себастьяна? Но он называет меня по имени, спрашивает про амулет…

— На шее, — прошептала я задрожавшими губами, — я не снимала.

Он опустил взгляд на мою грудь, освободил волосы, перехватил меня удобнее и коснулся пальцами амулета.

— Лия, ты моё стихийное бедствие, — выдохнул он с непонятым мне выражением на лице и ещё более странной интонацией в голосе, — как ты его расколоть умудрилась?

Его пальцы поглаживали кожу на моей груди рядом с амулетом, а я… пыталась собрать себя из осколков противоречивых чувств.

— Я не раскалывала.

Он вздохнул и погладил кружево сорочки над грудью.

— Конечно, ты не специально расколола, оно само, — улыбнулся он.