Обещаю тебя забыть (СИ)

Солнце уже зашло, а в сумерках при свете уличных фонарей парк выглядит совсем иначе. Извилистые дорожки среди клумб цветов ведут куда-то вправо и теряются в тени деревьев.

— Катя? — Чертыхаюсь про себя.

Словно джинн из лампы, на моем пути внезапно появляется Стас. Я знала, что встречу его сегодня, знала, что Горов, скорее всего, не оставит меня в покое, но не думала, что так скоро: стоило только выйти из номера — и вот он.

— Здравствуй, Стас. — Пытаюсь казаться спокойной, хотя сердце уже пустилось вскачь.

— Рад тебя видеть.

Отдыхала. Пока ты не появился.

— Не заметно?

— Как твои дела? Как работа? — пропускает мимо ушей мой язвительный тон.

В сумраке аллеи его глаза кажутся черными, а тихий голос с приятной хрипотцой проникает под кожу, запуская там необратимые процессы.

— Все замечательно, спасибо, — пытаюсь не поддаваться его обаянию.

— Ты подумала над моим предложением?

— Над каким? — Мозги отказываются ясно работать, когда рядом этот мужчина.

— Сменить род деятельности. Уволиться с должности официантки и устроиться по профессии.

Горов стоит напротив меня, загораживая собой тропинку. Взгляд сам собой скользит по его фигуре. Расслабленная поза, руки в карманах брюк.

Помню, как я восхищалась его широкими плечами и крепким торсом. Как обнимала за эту мощную шею, целуя в ушко и нашептывая, как сильно его хочу. Льнула к нему, как кошка, лохматила короткие темные волосы, дышала его запахом.

Боже, боже, боже, дай мне сил! Дай мне выдержки и терпения.

— Я вроде бы ответила сразу.

— Катя, послушай…

— Нет, это ты меня послушай! У меня давно своя жизнь. У тебя — своя. И я не желаю больше, чтобы наши пути пересекались. Мне не нужна твоя забота, помощь и прочее. Мне. Не. Надо. Это понятно?!

Выходит убедительно. Стас шумно выдыхает, опуская голову, а я мысленно радуюсь счету один-ноль в мою пользу.

Правда, так же быстро все порчу:

— Перенаправь свою благотворительность на того, кто в ней действительно нуждается. Брюнетке своей помоги, — вылетает само собой.

Прикусываю язык, но уже поздно. Горов с ухмылкой выгибает бровь.

Да что ж я за дура?!

— Ревнуешь?

Вздергиваю подбородок, собираясь его обойти, когда слышу:

— Подожди. А о сыне ты подумала?

От упоминания о Ромке меня ведет. В темноте я не замечаю трещину в тротуарной плитке, куда точным движением и попадаю шпилькой. Теряю равновесие, неловко взмахиваю руками, но упасть не успеваю: Стас хватает меня за руку, дергая на себя.