Ночной клуб на Лысой горе

Но что делать? Как от нее избавиться? Не знаю! И посоветоваться не с кем. Я подумала: вы ведь детектив, вдруг поможете? Много денег заплатить вам не смогу, но предлагаю бартер — могу квартиру убрать или вечеринку бесплатно обслужить.

Официантка вздохнула.

— Саша меня совсем затюкала, не знаю, как от нее избавиться. Она просто сумасшедшая. А я сначала прямо засветилась от счастья. Как же, сестра нашлась, вот же радость.

— Александра ваша родственница? — уточнила я.

Аня передернулась.

— Да. Понимаете, я воспитывалась в детдоме.

И сначала, конечно, мечтала, что кто-нибудь меня удочерит. Уж так старалась! Когда к нам приходили пары на детей смотреть, я и стишки рассказывала, и песни пела, и плясала. Прямо на задних лапках скакала, чтобы понравиться. Меня по голове гладили, хвалили, но… никто к себе в семью не забирал. Почему? А спросите их! Косоглазую Лену, хромую Нину, капризную Светку — всех увели новые родители, а я осталась. В четырнадцать лет уже перестала надеяться, ведь подростков люди не удочеряют. А потом в интернат мужчина приехал. Помню, как он в комнату, где мы уроки делали, с директором вошел. Игорь Семенович сказал: «Галя Моисеева, твой родной папа нашелся, поздравляю». Представляете? У Галины обнаружился настоящий отец! Я с той поры, ложась в кровать, твердила: «Пусть и у меня кто-то отыщется: мама, тетя, дядя. Не важно, если они старые и больные, я о них заботиться стану». Как-то не выдержала и рассказала заведующему о своей мечте. Он меня к себе в кабинет позвал, из шкафа папку вынул и сказал: «К сожалению, Анюта, ты круглая сирота, твоя мама погибла, когда ты совсем крошкой была. Замужем Михайлова не была, об отце твоем сведений нет, фамилия у тебя от матери. Сюда ты попала не сразу, сначала тебя поместили в другой приют. Помнишь?» Я ответила: «Нет». Игорь Семенович вздохнул: «И немудрено, ты совсем маленькой была. То детское учреждение сгорело, документы многих воспитанников погибли в огне. Из твоих личных вещей осталось только вот это фото. Смотри, малышка, сидящая на стуле, — это ты, кто другая девочка лет на пять старше, понятия не имею. Извини, если разочаровал, но близких у тебя нет. Или нам о них ничего не известно». И директор отдал мне снимок.

Анна говорила быстро, а мне все больше было ее жалко. Как же, наверное, трудно жить сиротой. Правда, девочке повезло попасть в интернат, которым руководил Игорь Семенович, прекрасный человек, радевший за воспитанников, как за родных детей.