Ночной клуб на Лысой горе

— Да мы тут… э… далеко от компа, — заныл Юра.

— Очень надо! — занервничала я. — Ну, или объясни, как это сделать.

Послышался шорох, потом прорезался голос Маруси:

— Мусик, пока Юрец тебе порядок действий объяснит, мы поседеем. Тебе нужна почта?

— Да, — подтвердила я.

— Так ведь уже имеешь одну, — заметила Манюня.

— Нужна вторая, — не сдалась я.

— Спрашивать зачем, полагаю, бесполезно, — вздохнула Маша. — Готовая тебя устроит?

— Да! — обрадовалась я. — Хотя… Она на чье-то имя? Письма будет посторонний человек получать?

— Нет, — сказала Маруська, — она была моей, но я ею не пользуюсь.

— Здорово! — заликовала я."

"Вскоре мое заявление появилось на сайте общества «Ведьмы Подмосковья». Не успела я закрыть айпад, как раздался звонок Панина.

— Ну-ка изучи внимательно фотографию, — велел мне Леонид. — Ту, что шантажист прислал.

— Видела ее, — сказала я.

— Еще раз глянь, — приказал приятель.

Я уставилась на снимок.

— И? — поторопил меня эксперт.

— Ничего, — вздохнула я. — Комната, стол, похоже, деревянный. Это не морг. Там, как правило, другой интерьер.

— А тут занавески на окнах типа бархатные, — перебил Лёня, — люстра под потолком хрустальная, справа и слева видны шкафы с посудой…

— Квартира? — предположила я. — Покойную оставили дома?

— Не-а, — возразил Панин. — Хотя… Ты права, это личные апартаменты. И я знаю, где они расположены. В самом центре Москвы — Варваркин переулок, дом два, квартира десять.

— Это фамилия такая или имя? — удивилась я.

— Псевдоним, — пояснил Леонид, — в миру Федор Михайлович Касьянов. Змей известный мастер провокаций, устраивает всякие мерзопакостные инсталляции. Слава его началась в тот день, когда в центре Москвы люди увидели прибитый к тротуару труп собаки. Около него стояло объявление: «Смерть всем войнам».

— Ужас! — передернулась я. — Бедное животное.

— Народ отреагировал так же, как ты, — сказал эксперт.

— В смысле? — не поняла я.

— Муляж, кукла… назови как хочешь, — объяснил Лёня. — Манекен был сделан очень искусно, даже когда его в руки берешь, в первый момент нет сомнений, что мертвую псину держишь. Акция была расценена как хулиганство. Но организатора ее не особо искали. Да и не нашли бы, если бы он сам о себе не рассказал.