Ночные шорохи

— А чем он еще занимается?

— Понятия не имею. Папа не любит обсуждать бизнес. Говорит, что женщинам ни к чему разбираться в подобных вещах.

Она сложила страницы, закрыла дверцы, убрала ключ и взяла карандаш из обтянутого кожей стаканчика.

— Сейчас отнесу Ною. Кстати, я уже одета для выхода. Жду тебя через пять минут. Проведем день в неге и роскоши и приготовимся к твоему дебюту.

Слоан оставила сестру у лестницы и помчалась к себе. Парис принесла список в столовую, села за стол и, пробежав глазами длинный столбец имен, подняла глаза.

— Сколько приглашенных будет на приеме? Учтите, что мы предупреждаем их в последнюю минуту и у многих свои планы, так что придется звать в два раза больше народа.

— Не стоит, — процедил Картер. Но Мейтленд словно не слышал его.

— Поставьте галочку напротив тех, кого хотите видеть, остальных добавлю я. В конце концов, мы вращаемся в одном и том же обществе.

Парис последовала его совету и вручила Ною все одиннадцать страниц.

— Я попрошу миссис Сноуден все устроить, — пообещал он, вставая.

— Превосходно, — согласилась Эдит. — Погода прекрасная, думаю, можно устроить вечеринку на открытом воздухе.

— Посмотрю, что можно сделать, — пообещал Ной, направляясь к двери.

— Постарайтесь, чтобы чертов прием выглядел поскромнее, — напомнил Картер.

Эдит тотчас же поддержала его, забеспокоившись о расходах.

— Нет ни малейшей необходимости в излишней расточительности. И никакого банкета! Можно ограничиться закусками, — ворчливо заговорила она.

— Я обо всем позабочусь, — кротко пообещал Ной, не оборачиваясь.

— Нам понадобится шампанское, — вмешалась Парис.

— Американское, — немедленно уточнила Эдит. Он уже заворачивал за угол, когда за спиной послышались легкие шаги.

— Ной, — встревоженно пробормотала Парис, понизив голос, — может, стоит подождать с приемом?

Ной рассерженно стиснул зубы.

— О чем ты так волнуешься? — выдавил он.

Девушка отпрянула, как от пощечины.

— Что это ты несешь?

— А ты? — взорвался Ной.

— Я… по-моему, лучше подождать и устроить чудесный вечер вместо того убожества, что задумали отец и прабабушка. Папа вне себя от злости и не способен думать связно. Мы всегда устраивали роскошные приемы, а после сегодняшнего люди посчитают, что Слоан для нас ничего не значит.