Никто не услышит твой зов

Марк заказал кофе и маленькие ароматные булочки с корицей для них и то же самое на вынос для Валерии, и они расположились в углу зала, за высокими кадками вьющихся растений.

— Рассказывай, — приказал Марк, отхлебнув кофе.

— Что именно? — раздражённо спросил Павел. — Я вообще не понял, какая связь между вами, Марком Голицыным, и Седьмым отделом.

— Работаю я там. Уже второй год, — мягко пояснил Марк. — И сейчас мы расследуем дело о ритуальных убийствах мужчин, которые уж больно напоминают убийства, совершенные твоим отцом.

Павел опустил взгляд и задумчиво повертел чашку в руках. Пару раз Марку казалось, что он вот-вот начнет говорить, но каждый раз Горелова будто что-то останавливало.

— Хорошо, допрос так допрос, — принял решение Марк, видя, что Павлу тяжело собраться с мыслями. — Но я буду записывать наш разговор, ибо мозг этой операции отнюдь не я.

Марк достал смартфон, включил диктофон и снова посмотрел в упор на Горелова:"

"— Вопрос первый: когда ты узнал, что твой отец маньяк?

— Незадолго до того, как его арестовали, — выдохнул Павел.

— Вот как… — протянул Марк. — Почему же не пошел в Седьмой отдел? Папеньку жалко стало?

— Нет, — резко ответил Горелов. — Пусть бы сгнил в своей Солянке!

— Я, конечно, не психотерапевт, как твоя мать, но сдается мне, ты чего-то сильно испугался. Чего? Ты же пятерка, сильнее папаши… Погоди… — Марка словно током ударило.

Павел кивнул и шепотом произнес:

— Он — трусливая мразь. Настолько трусливая, что готов на все ради нее. Готов был убивать этих несчастных девушек.

— Давай-ка по порядку, — попросил Марк, пытаясь уловить суть того, что говорит Павел, точнее поверить в то, что он собирается сказать.

— Я… Я активно участвовал в студенческих движухах. Постоянно пропадал на слетах, на конференциях и так далее.

— Погоди, — жестом остановил его Марк.

Он повернул к себе смартфон, открыл в галерее папку по этому делу и показал Павлу фото убитых его отцом девушек.