Никто кроме тебя

И в ответ получила такую искреннюю, обворожительную улыбку, что чуть не тронулась умом от переполнивших меня внезапно чувств. Джордан поверил мне.

Склонился к моему лицу и прошептал:

– Можно?

Я сама потянулась к нему и, буквально повиснув на широкой груди, поцеловала в мягкие, такие манящие губы. Которые тут же раскрылись в ответной ласке. Несколько лёгких, осторожных касаний мгновенно разожгли пламя внутри нас.

Властно сжав ладонью мой затылок, Джордан буквально сминал мои губы яростными, глубокими атаками. Я уже не открывала глаз, пребывая в каком-то волшебном мире будоражащих вздохов и стонов, обжигающих прикосновений и невероятной близости с самым желанным мужчиной на свете.

Но чем дольше длилось это безумие, тем большего мне хотелось.

Отпустив его плечи, за которые до этого держалась, я повела ладонями вниз, к пряжке его ремня.

– Лив, – прошептал он, сжав меня обеими руками. – Нам сейчас нельзя.

Но словами меня было уже не остановить. Кому там что нельзя? Ничего не хочу знать.

Дёрнув край его тёмно-синего пуловера, я стала лихорадочно гладить его обнаженную кожу.

– Ммм, – простонал он. – Детка, мне нужно быть осторожным и не торопиться, чтобы тебе не было больно. Но так я сейчас точно не смогу.

Снова предательски вспыхнули щёки. Чёрт бы побрал всё на свете!

Неужели, это происходит на самом деле? Я соблазняю Джордана Фрейзера, а он объясняет мне, почему для этого не время.

– Кроме того, мне стоит поберечь силы, – добавил Джордан, продолжив меня целовать.

Я с трудом оторвалась от него. В почти полностью отключившемся мозгу сигнальной лампочкой загорелась тревожная мысль. Джордан Фрейзер, как и все мужчины его клана, всерьёз обеспокоены предстоящей передачей пленника Иннатам. И хоть вождь уверяет меня, что все решится на словах, сам он думает иначе.

Соскребя с самых заброшенных сусек жалкие остатки самообладания, я отстранилась и взглянула в его полыхающие страстью глаза:

– Что будет ночью? Скажи мне.

Джордан не без труда сфокусировал взгляд на моём лице.

– Я оставлю тебя дома, в особняке твоего дяди. Тереза, Чейтон и Калеб побудут с тобой. Не против?

– Не против, – буркнула я, прислушиваясь к его гулко бьющемуся сердцу.

Он стал гладить меня по волосам, крепко прижав к широкой груди. А я продолжала путешествовать под его пуловером, обнимая за талию.

– Мы передадим Торнтона Иннатам, и все разъедутся по домам. А я вернусь к тебе.