Никто кроме тебя

И к чему такие интимные прикосновения и взгляды?

– А что восстанавливает твои силы? – поинтересовалась я, желая его отвлечь.

– Отдых. Но очень медленно.

– А если нужно быстро?

И зачем только я спросила?

– Если рядом в нужный момент окажется донор, – неохотно ответил он. – Быстрее всего силы восстанавливаются, если выкачивать их из кого-нибудь.

Увидев, как краски буквально сходят с моего лица, он поспешил пояснить:

– Проще всего во время драки. Или секса.

Боже мой. Во что я влипла?

– Ты забираешь энергию у женщин, с которыми спишь? – догадалась я.

– Да. Сам того не желая.

– Не понимаю.

– Когда дело доходит до постели, я отключаюсь и теряю возможность контролировать своё тело. Всё происходит как бы без моего участия. Такое бывает, если я испытываю бешеную ярость в схватке, или сильное возбуждение.

Я слишком резко развернулась к нему, и мгновенно оказалась зажата между его горячим телом и ледяной раковиной.

И чуть не отпрыгнула, осознав, что это самое возбуждение Джордан испытывает прямо сейчас.

"Что же получается, он всю ночь меня лечил и отдавал силы, чтобы утром их забрать? Как-то нелогично. И расточительно, что ли. На всякий случай, нужно уйти от него как можно скорее.

Но любопытство уже начало разъедать мой мозг, и я продолжала спрашивать.

– Твои партнерши добровольно идут на это?

– Само собой.

– Я знаю это ощущения бессилия и немощи, которое возникает при потере энергии.

Джордан обхватил меня одной рукой, удерживая около себя, другой отвел несколько растрепанных прядок, упавших на моё лицо.

– То, что чувствовала ты, не было похоже на обычную потерю энергии. Ты была на грани, я тебе это уже объяснял. Даже сравнивать не стоит.

– То есть, хочешь сказать, к серьёзным последствиям для их здоровья это не приводило?

– Нет, конечно. Это не этично, да.

Я высвободилась из его рук, и вышла из ванной.

– Так было до того, как мы познакомились, – проговорил он, следуя за мной в комнату. – С тобой всё оказалось иначе.

Он снова приблизился и взял меня за руку. Медленно подвел к кровати, будто опасаясь, что я сейчас побегу прочь. Затем усадил на смятое за ночь одеяло и опустился на колени передо мной.