Никому не скажем

— Стась, я точно никакой дичи не натворил по пьяни, а?

Что за бред вообще в моей башке творится?! Скорость начинает прибавляться сама. Притормаживаю и съезжаю на обочину. Нельзя терять контроль за рулем. Склонностей к суициду за собой никогда не замечал.

— Нет, — веселье из ее голоса моментально пропадает. — С чего ты взял вообще? Что ты такого мог сделать? — смеется и вроде как даже искренне.

— Не знаю. Странно мне. Ладно, нет, значит нет. Значит, это мои загоны. Мышонок, родителям скажи, что меня не будет сегодня.

Утром сразу поеду на учебу. Форма у меня с собой.

— Опять к своей безымянной? — улавливаю дрожь и волнение в этом вопросе.

— Стась, — жмурюсь, сдавливаю пальцами переносицу. — Это мое личное. Окей? Не забивай себе голову. И вообще, я катаюсь пока, — зачем-то оправдываюсь.

— Я просто спросила.

Она так резко сбрасывает, что я вздрагиваю от коротких гудков. Набираю ее еще раз, но в ответ мне сообщают, что абонент недоступен. Сижу еще несколько минут в тачке, обдумывая ситуацию, ее реакцию, свою.

На запястье ее подарок. Прокручиваю его, грустно улыбаясь. Я дурак. Мне и правда в идеале надо пропасть на два — три дня из дома, чтобы выбросить из головы то, что там быть точно не должно. Мне просто нужен секс. Много. Качественно. Не торопясь. И все нездоровые мысли о девочке, ревущей под песенку про дельфинов, улетучатся.

Глава 18

Стася

Вот и дождалось мое любимое красное платье своего часа. Кручусь перед зеркалом, юбка приподнимается колокольчиком и прохладными волнами опадает на бедра.

Тонкие колготки облепили ноги как вторая кожа. Капрон с легким мерцанием добавляет моему образу праздника. Волосы тяжелыми, закрученными в крупные кольца, локонами лежат на спине и плечах. Мама по такому случаю купила мне ботинки с каблуком повыше, и я весь день к ним привыкала. Сейчас чувствую себя вполне комфортно и не такой маленькой, как обычно.

— Вот бы свой рост такой, — вздыхаю, брызгая на запястья немного духов.

— Ты и так очень красивая. Сама по себе. Такая, какая есть. Прекрати придумывать недостатки там, где их нет, — мама с улыбкой поправляет мне прическу.

— Мне кажется, я больше тебя волнуюсь.

А я вот совсем не волнуюсь о предстоящем свидании. Меня ужасно беспокоит отсутствие Захара. Он не ночует дома с середины недели. Заезжал после Академии пару раз, пока я была у репетитора, принимал душ, брал чистые рубашки и снова исчезал. Папа запретил его трогать и задавать вопросы. Мне не сказали, что происходит. Опять решили, что я маленькая.