Никогда не отпущу. Месть изменщику

Ливи сама виновата! Это она утомила его своей рутиной, бесконечным однообразием дней, равнодушием и холодностью в постели. Мэтью ждал от неё любви, а в итоге получал только терпеливое согласие, каждый раз чувствуя себя чуть ли не насильником. Тут же женщины пылали страстью, обжигали доступной любовью и даже дрались за него, будто он и правда был им настолько желанен. А Мэтту до боли хотелось стать для кого-то нужным и желанным! Раз его собственная жена не способна ему это дать, то он имеет полное право получать столь желанное внимание на стороне, не испытывая при этом угрызений совести!

Глава 2

На одной из вечеринок, где был весь полусвет, где тела женщин просвечивали сквозь тончайшие ткани, а мужчины могли выбрать себе любую, только плати, Мэтт вдруг заметил предмет своего вожделения ещё с той поры, когда Оливия не была его женой.

Фрау Марта.

Прекрасная немка, холодная, как глыба льда, и столь же красивая. Тонкая, с высокой грудью, с ангельским личиком и завитыми в тонкие локоны белокурыми волосами.

"Мэтт не сводил с неё глаз. Её спутник зашептал ей что-то на ухо, и она улыбалась ему, сияя белоснежной улыбкой. «Из Марты получилась бы прекрасная герцогиня» - ни к месту подумал Мэтью.

Её внешность обманчива, говорили ему друзья. В постели она - огонь, львица... Но как завоевать право провести с ней хотя бы одну ночь?

Мэтт три дня выслеживал Марту. Она всё время ускользала, но тем интереснее было охотиться. Он ходил в театр, где она любила бывать, в Гайд-парк, в галерею, и наконец его терпение было вознаграждено.

Фрау Марту он застал одну на берегу озера в парке. Она шла, раскрыв зонтик от солнца, и следом семенила её служанка.

- Миледи! - оказавшись рядом, Мэтью склонился к её руке, как если бы она была леди.

Марта улыбнулась. Улыбнулась только ему. И Мэтт растаял от ее улыбки. Шикарная женщина, одетая с тонким вкусом, прекрасная, как сама Венера.

- Вы позвольте сопровождать вас?

Она кивнула. В светлых ее глазах был неподдельный интерес. Она завела беседу и расспрашивала его о его предпочтениях в музыке, в одежде, в интерьере...